— Что ты делаешь с моим воображением? Оно чересчур живое, в него нельзя такое заливать! У него там, поди, уже ничего не работает!
— Все у него работает! — Возмутилась я.
В моих мыслях Золотко был неудержимым и страстным! Это я должна была просить его о пощаде, а не он отмахиваться от моих желаний.
Правда, мысль меня немного кольнуло. Словно я уже окунулась в этот омут и теперь пыталась понять, не будет ли таких неожиданностей, которые смогут меня разочаровать? Я постаралась отшутиться. Кажется, получилось.
Домой я вернулась поздно, часов в двенадцать. Относительно днем для моих обычных побегов в клубы. Тихонько прокравшись к себе, я включила компьютер. Меня разрывало от желания сделать что-нибудь пошленькое. Я даже пожалела, что у меня нет парня. Или хотя бы близкого друга, так хотелось над кем-нибудь пошутить…
Машинально я открыла свой дневник, который в электронном виде вела лет с пятнадцати. Пальцы зависли над клавиатурой. Стук, второй, у меня в голове завертелась цепочка. Мысли плавно перетекали одна в другую, иногда срываясь от избытка эмоций. Я не могла дать себе возможность сказать это языком и губами, а пальцы вполне могли набрать текст. Там были только мы вдвоем… кабинет располагал к перемещению действия в горизонталь, и он был смел. Зачем думать о преградах на мониторе ноутбука? Здесь можно просто протянуть руку и взять предложенное. Я старалась как можно тщательнее прописывать детали, чтобы точнее представлять себе прелюдию и процесс. Моя стена падала с каждой строчкой. Вот я снимаю с него халат, расстегиваю рубашку… уже пальцы не попадали на интересующие меня клавиши, а я все писала. Еще чуть-чуть, немного остроты… Концовка! Я откинулась на спинку стула и потянулась. Кажется, я часто буду обращаться к бумаге за помощью. Я устала, морально вымоталась. Душа была готова ложиться спать, она получила моральное удовлетворение от написания эссе на «неприличную» тему, а вот тело все еще жаждало близости. Я закрыла ноут и отключилась.
Каково же было мое удивление, когда я проснулась одетая (кажется, это слишком часто со мной случается!) с ноутбуком на груди, который я обнимала получше любой милой подушечки. Надеюсь, мне не снилось ничего такого, и я не пускала на него слюни, а то чудо техники могло захлебнуться.
Я встала и привела себя в порядок. Сегодня праздник — день защитника отечества. В груди сразу же засосало: из-за такой ерунды пропадает анатомия! Лучше бы БХ пропала!
Родителей я застала на кухне, они сидели за небольшим столом. Когда гостей не было, мы завтракали там, чего еду по всему дому таскать? Хотя это я люблю: чашки находятся везде, разве что в уборную я с ними не хожу. Отец пил кофе, мама расслабленно зачерпывала ложкой творожок.
— С праздником! — Дежурно сказала я.
— Я что похож на солдата?
— Леня, это и гражданский праздник! Мужчины-врачи защищают людей от болезней, мужчины-спасатели от чрезвычайных ситуаций…
— А мужчины-политики от лишних денег. — Не удержалась я.
— К слову о лишних деньгах, до конца марта ни копейки не получишь. — Отец отхлебнул из бокала, походившего по размерам больше на пивную кружку. — Ты вчера повеселила всех!
Я присела напротив отца. Он так комично выглядел в полосатом махровом халате. После его обычного костюма, смотрелось это великолепие вкупе с домашними тапками очень мило. Мне ужасно хотелось выслушать, что он обо мне думает, как будет называть мое поведение. Я остро нуждалась в осуждении. Живя в доме тирана, невольно становишься мазохистской.
— Меня отчисляют?
— Если бы! Разумов в восторге был от твоей сцены! Сказал, что такие вот стервочки своего всегда добиваются, а коль уж у тебя фонтан эмоций, так их следует приспособить куда-нибудь.
— С удовольствием пущу их в мирное русло. — Зачем-то сказала я, намазывая хлеб плавленым сыром и украшая бутерброд колбасой и укропом.
— Тогда собери все свои актерские навыки и извинись перед Беллой!
— Что?! — Я чуть не подавилась. — Она вообще-то меня продала!
— Она тебя мне продала, твоему отцу, это не считается.
— А если бы ты был психом и гонялся за мной с бензопилой?
— Тогда бы ты, наверное, была спокойной и послушной. — Без тени юмора отозвался отец. — Извинись!
— Прекратите! У меня от вас голова болит!
— Мама!
— Галя!
— Замолчите, оба! — Мама поднялась на ноги. — Леня, если тебя что-то не устраивает, накажи ее. Агата, если что-то не нравится тебе — объясни это нормальным тоном!
