— Здесь же нас не услышат. Почему вы так ко мне обращаетесь?
— А ты думаешь, что я шутил, когда назвал тебя кха'алит? Элис, такими словами не разбрасываются, — в этот момент я чувствовал себя хищником, который держит в своих лапах парализованную жертву. Элис словно задержала дыхание, не веря в услышанное.
Я же, благодаря пинкам дракона, что так долго этого ждал, не удержался и медленно потянулся к ее сочным губкам, которые молили меня о поцелуе. Приятное предвкушение разлилось по телу, пока я чувствовал, как громко стучит сердце в хрупкой грудной клетке. Еще немного и…
— Ты… — снова подал голос дворецкий, прерывая нас.
Я хотел рыкнуть на него, но с ним начало происходить что-то неладное. Он стремительно старел на глазах, превращаясь из молодого парня в немощного, сухого старца, чье тело покрывали черные язвы. Приятные мысли тут же улетучились из моей головы, и я рванул к осколку, надеясь, что это из-за него. Будет плохо, если мы потеряем свидетеля!
Но вырывание камня из груди трупа ни к чему не привело. Мужчина продолжал умирать, кашляя и корчась от боли.
— Парень, что с тобой? — я приподнял его голову, проверяя, не захлебнется ли он собственной слюной, и направил свою энергию в него, пытаясь вылечить. — Парень, держись! Мы тебя сейчас спасем! Боги, да что же это! — меня охватила паника. Я знал, что происходит с молодым дворецким. Это последняя стадия той страшной болезни, что сгубила моих братьев. Я попытался воспользоваться осколком, чтобы вытянуть из глупого мальчишки хворь, но камень сильно обжег меня, оставляя болючую рану и выскользнув из рук. Напоминая, что я — не темный маг и не могу им пользоваться.
— Элис! Возьми осколок и делай то, что я скажу! — как же плохо, что у нее почти нет опыта в магии! Но девушка тут же бросилась ко мне, хмурясь. — Возьми осколок и попытайся им вытянуть из него тьму, — я указал на слугу, и фея, кивнув, тут же принялась за работу, не задавая лишних вопросов. Удивительно, насколько послушной была тьма в её руках. Мне даже показалось, что нам удастся спасти парня, но…
— Ты так похожа на своего отца… — в конце голос дворецкого осип, а кожа покрылась множеством глубоких морщин. — Змей… — прошептал он, схватив Элиссию за руку, и… И больше не подавал признаков жизни. Мы не успели…
Все произошло настолько быстро, что я даже не успел среагировать. Только прижал Элис к себе, чувствуя, как она начинает дрожать. От слов парня или от того, что он умер на ее руках. Не знаю. Но точно не стоило просить ее об излечении. Теперь моя феечка будет винить себя.
— О-он мертв? — тихо спросила она, не отпуская сухую, безжизненную руку.
— Мертв. Но в этом нет твоей вины, — поджав губы, произнес я.
Не успел. Снова я не успел, хотя хотел спасти юнца. Он был слишком молод и глуп, чтобы умирать. Мне было его жаль. Но боги решили иначе.
— Идем, Элис. Скоро прибудет Нак, и мы отправимся домой, — шептал я ей в макушку, гладя по волосам. Я привык к смерти. Привык к тому, что все умирают, но Элис — нет. Это у меня в душе возникает лишь легкое разочарование, а что чувствует сейчас она? Ничего хорошего уж точно. Дрожит, но не плачет, а взгляд снова полон пустоты. Всеуничтожающей пустоты, что пугала меня.
Я поднял ее на руки, крепко держа, и пошел вон из чертовой комнаты. И прижимая к себе ее легкое тело, я думал: "А что нас ждет дальше, если это только первое задание?".
На моих руках умер энлид… Умер, а я не успела его спасти, хотя могла… Я так хотела…
Лимузин, на котором мы ехали домой, сейчас казался мне невероятно душным, хоть кондиционеры и поддерживали в салоне идеальную температуру. Но даже так, мне хотелось просто сжаться в темном углу, накрыв себя крыльями и не привлекая внимания. Одно дело — грозиться убить, спасая товарища, а это… Это совсем другое.
Когда мы вышли из той злосчастной комнаты все было как в тумане. Помню, к нам подходил Нак, который как-то замял этот инцидент, и нам удалось выбраться сухими из воды. Мне казалось, учитывая разбушевавшегося элементаля, что я оставила в главном зале, мы должны были стать главными подозреваемыми. Но нет. Даже когда прибыла полиция, Его Высочество коротко изложил суть вещей, показал документ с печатью "государственной важности", и от нас тут же отстали.
А сейчас… Сейчас я сидела на коленях принца, опустив голову на его плечо, и…. Ничего.
Я ничего не чувствовала, кроме пустоты в сердце. Не хотелось ни плакать, ни истерить, ни злиться. Лишь зияющая черная дыра, что поселилась в моей душе и повергающая меня в депрессию, будто в болото. И чем сильнее я брыкаюсь, пытаясь выбраться, тем глубже ухожу на дно, где меня ждет безразличие.
Я чувствовала себя такой уставшей, словно неподъемный груз упал на мои плечи. Меня тошнило, а тело казалось настолько ничтожным и слабым, что мне самой хотелось умереть. Лишь бы избавиться от всех проблем.
Спать. Я просто хочу уснуть и все забыть.
Но только я пыталась провалиться в счастливое забытие, как образ умирающего дворецкого вставал перед глазами:
