Но вдруг я увидел ее. Фонари не горели в этом месте, словно специально давая луне возможность осветить девичью фигуру. Черную, как сама ночь.
Тяжелое платье казалось лишним грузом на тонких плечах, а темные кудри, заколотые в совсем уж старинной прическе, никак не подходили нынешним стандартам красоты. Будто кто-то специально хотел спрятать девушку в безвкусной тьме. Но красота чувствовалась в ином: гордой осанке, поднятом подбородке, сияющей бледной коже и пухлых губах.
– Вы заблудились? – раздался ее дивный голос, и "дитя ночи" обратила на меня свой взор.
Этот спокойный, немного холодный взгляд… Ресницы, что окрашиваются алым на конце. Глаза, напоминающие горение свечи в фиолетовом сапфире.
Леди Элиссия н'Одеррит. Копия своего отца в женском обличии.
Копия моего возлюбленного.
Да, я был влюблен в лорда на протяжении трех лет и являлся частым гостем в поместье н'Одеррит. Меня манил ленивый, гордый взгляд, вежливая улыбка и черты лица, что и на картине нельзя вывести так прекрасно. А эти винные волосы и синие с золотом глаза! Как же я был влюблен в тот прекрасный образ, даже не намереваясь копнуть глубже!
Что ж, такова моя влюбленность. Так любят творцы прекрасные творения. Так я любил красоту в энлидах, наплевав на все прочее.
– Да, леди н'Одеррит, – наконец ответил я и подошел ближе. – Не ожидал вас здесь увидеть.
Легкий флер, напоминающий по вкусу розы, тут же окутал меня, проникая в самую душу. Сладкая, с легкой кислинкой и чем-то необъяснимо манящим. Отзывающемся не в теле, нет. Моя магия тянулась к ней.
"Как же она похожа на своего отца, – молнией пронеслись слова в голове. – Также заполняет все мысли смотрящего, не произнеся ни единого слова."
Даже странно, что она не была замечена ни на одном торжестве. Точнее, ее даже фотографировали, но она всегда казалась лишь тенью своих ослепительных родителей. Некоторые аристократы даже не сразу могли вспомнить, есть ли у лорда н'Одеррит дочь вообще. Настолько скрытной она была.
– Должно быть, вам тяжело присутствовать на торжестве, – смотря на картину давно почившей феи, начал я. – Непросто будет привыкнуть к новой мачехе после стольких лет. Я соболезную вашей утрате, леди н'Одеррит.
Говорил ли я это от чистого сердца? Ни разу. Мне просто хотелось затушить собственную боль, найдя единомышленника, что также был бы несчастен из-за женитьбы лорда. Да, такая я сволочь.
– Не стоит соболезновать, – махнула рукой и прохладно улыбнулась: – Я даже рада, что ее больше нет.
Я с интересом перевел взгляд на фею. Неожиданно. Впрочем, ту стерву никто не любил. Много связей, много денег и внешность завораживающая, но гнилой характер чувствовался за километр.
– Я не испытываю боли утраты, а вот вы… – Элиссия многозначительно промолчала, а по моему телу прошел ток. Как она?… – И что же вас так огорчило, что вы решили покинуть бал, лорд н'Юлиот?
Я вновь посмотрел в глаза, затягивающие в свой омут ярким огнем. Поразительно! Возможно, серая мышка интереснее, чем я думал. Чем мы все думали.
Я пригляделся внимательнее, отмечая про себя несколько деталей. Худенькая и хрупкая, судя по оголившемуся плечику, что не выдержало тяжелого платья. Утонченные руки пианиста и волосы… это не ее натуральный цвет, а лишь краска.
Как интересно.
– Вы, леди, – слукавил я, но ложь постепенно перевоплощалась в правду. – Мне жаль, что не смог встретиться с вами на торжестве.
– Неужели? – усмехнулась она, тихонько фыркнув. Обман не удался. Не укрылся от цепких глаз. – Я не хотела омрачать праздник своим присутствием, а, оказывается, меня ждали? Смешно.
– Не смейтесь, леди, – лучезарно улыбнулся я и потянулся к окрашенным волосам, дабы заправить выбившуюся прядь за острое ушко. В надежде понять их истинный цвет. Прикоснуться к тайне.
Но произошло неожиданное. Девушка отшатнулась, словно от удара, а темные крылья за спиной нервно поднялись вверх. В необычных глазах на секунду проскользнул ужас, тут же сменившийся пустотой. Словно она пыталась скрыть свою реакцию, но поздно. Я успел все разглядеть.
Я немедленно убрал руку и с жалостью посмотрел на маленькую феечку. Неужели ее и правда били? Ходил слух о том, что какой-то гад избил малышку н'Одеррит (даже дело завели по этому поводу), но я считал информацию лишь вымыслом.
– Я не причиню вам зла, не бойтесь, – я поднял руки, показывая, что безоружен. – Простите, что наступил на больное.
Меня тоже избивали в военной академии, как и многих, поэтому мне известен животный инстинкт, просыпающийся как только кто-то замахивается. Неприятное чувство собственной слабости, колющее под лопаткой.
– Я лишь хотел увидеть ваш истинный цвет волос, – поспешил объясниться я. – Не удивляйтесь, леди. У меня сеть салонов красоты, а работа парикмахера – мое излюбленное хобби. Или думаете, я не отличу магическое окрашивание от натурального оттенка?
– Что ж, – выдохнула Элис с явным облегчением, – вы меня раскусили. Если хотите посмотреть, то смотрите. Я все равно не собираюсь возвращаться на бал, – девушка повела плечами, вернувшись в "позу" холодной леди. Явно предыдущая тема разговора ей не нравилась.
