Сейчас он вывел на монитор четыре камеры: первая – вход с улицы, вторая – обзор входной двери из офиса, третья – весь коридор и четвертая – обзор кабинета Орлинского. Качество записи и звука – удивительно хорошие. Плюс ко всему Юрий мог удалённо подключаться к этим камерам со своего смартфона. Он налил себе из чайника кипячёной воды, удобно сел в кресле, положил правую руку на компьютерную мышь и начал просматривать видеозаписи.
Юрий начал просмотр с камеры, что стоит в коридоре. На мониторе появился человек в просторной чёрной куртке с капюшоном на голове. Вместо лица чёрное пятно: наверняка надета маска. На обувь надеты синие бахилы, на руках перчатки. Брюки просторные, как от кимоно. Судя по тому, как он двигается – это молодой мужчина в хорошей спортивной форме. Передвигается он на немного согнутых в коленях ногах, скользящими шагами, вдоль стены, делает он это очень уверенно и точно знает, куда идти. В левой руке у него небольшой чёрный клатч – видимо, с инструментами для открытия сейфа.
При увеличении изображения Орлинский увидел, что преступник действительно был в черной маске с маленькими прорезями для глаз. Главная дверь сейфа была открыта за три минуты. Ещё полторы ушло на открытие дверцы верхнего отдела. Так как камера находилась сверху над сейфом, то было очень хорошо видно, что взломщик знал, что где искать и что брать. Без суеты и лишних телодвижений, абсолютно спокойно, он взял с полки бумаги, аккуратно свернул их, расстегнул куртку и чётким движением, с неестественно высоко поднятым локтем, по-гусарски, положил бумаги во внутренний карман. Двери сейфа он оставил открытыми, вышел из кабинета Орлинского и тем же скользящим шагом прошёл по коридору вдоль стены.
На мониторе миновала «мёртвая зона» лестничного пролёта и началась запись с уличной камеры над входом. Орлинский наклонился к монитору поближе. Входная дверь офиса открывается, и оттуда выходит совсем другой человек – по крайней мере, на первый взгляд. Длинное чёрное пальто, перчатки, черная спортивная шапочка, белая медицинская маска почти до переносицы и тёмные очки. Неизвестный стал как будто выше ростом, походка изменилась, плечи смотрелись визуально уже. Сработала сигнализация, и злоумышленник, поспешно двигаясь на негнущихся ногах, вышел из зоны видимости камеры наблюдения. Дальше было видно, как подошли к двери полицейские, ещё через несколько минут появилась Марина.
Орлинский откинулся на спину кресла, скрестил руки на груди, затем поднялся и подошел к окну. Он задумчиво смотрел на улицу и рассуждал, что решили бы сыскари, будь у них доступ к этим записям, и к чему они придут в реальности исходя из того, что они узнают.
«Значит, получается следующее. Вор проник в офис заранее, утром или днём. Это, можно установить, просмотрев камеры. Он точно знал, куда ему надо идти. Отсиделся в гардеробной. После того, как Лаврова ушла с работы, спокойно вышел из комнатки, зная, что в офисе больше никого нет. Устроил небольшой концерт, уверенный в том, что его снимают скрытые камеры.
Он изменил походку, и ясно, для чего была нужна такая одежда – чтобы скрыть особенности своей фигуры, которые помогут вычислить его. На ногах бахилы, принесённые с собой. Действия уверенные и точные. В кабинете действовал без суеты и лишних движений, как будто бывал тут и знал, где и что располагается и где что лежит. Значит, обладал чёткой и достоверной информацией. Экспертиза, уверен, подтвердит, что сейф вскрыт, скорее всего, ключами-дубликатами. Полиция, естественно, просмотрит все уличные камеры наблюдения и будет вычислять мужчину в длинном пальто, в спортивной шапочке, с несуразной походкой, ростом выше среднего. А Орлинский видел совсем другого незнакомца – и ростом пониже, и в плечах пошире, и с плавной, спортивной походкой. Надо ещё посмотреть, в какой одежде и в каком образе он проник в офис. От камер видеонаблюдения, если ты совершил что-то противозаконное, тем более в историческом центре Москвы, скрыться практически невозможно. Весь твой путь от начала и до конца будет вычислен, и человек, который шел на это дело, об этом знал. Значит, пути отхода у него продуманы.