Юра закрыл глаза. Тут же появилось озеро-болотце с огромными воронёными жуками-плавунцами, которые закусывали прямо в движении коричневыми личинками стрекоз. По небесной поверхности водицы носились, как самолёты, равнобедренные водомерки, оставляя за собой след на поверхности. Некусачие комары дзинькали над снежными лилиями, а могучие зеленобокие жабы вовсю пели свои нехитрые куплеты, раздуваясь от удовольствия, стараясь подпеть комарам. Большущие бабочки, красивые, как радуга, планировали и благодаря солнышку печатали тень на гладкой воде. А вокруг никого! Только тишина! Красивое озеро и покой, который был знаком Орлинскому ещё до его рождения. На Юру двигался тёплый вечерний туман – заманчивый, лёгкий. И тут плавно и неожиданно качнулся фигурный школьный колокольчик, обрадовав всех сидевших за партами тружеников своим звоном. Закончился на сегодня последний урок. Угол, в котором находился Юра, стал самым обычным, как будто ничего и не было.
Потом, когда всё ученики разошлись, состоялся тихий и осторожный разговор с учительницей. Орлинский хлопал ресницами и невиновато смотрел правдивыми голубыми глазами на любимую учительницу. А в это время под окнами школы, оставляя уверенные следы на снегу, опустив задумчиво голову в серой шапке-ушанке, бродил верный друг юного диссидента Борька Богословский. Он, живший неподалёку, был лучшим другом и «однопартийцем» Юры, потому что сидел с ним за одной партой. Они вместе гуляли, ходили друг к другу в гости и мечтали, как сбегут из дома, построят звездолёт и, взяв с собой верных друзей, покинут навсегда планету Земля. Про родителей, которые будут горевать, смельчаки даже не думали. Родители юных «астронавтов» тоже дружили, вместе отмечали праздники, ходили на митинги и демонстрации, устраивали веселые праздники себе и детям. Возраст родителей Борьки и Юрки на четверых был чуть больше ста лет, они были молоды и по-настоящему дружны.
Борька уже сообразил, что катание с горки отменяется, как и спор о том, что Орлинский, поцелует в щёчку Виолетту, красавицу-одноклассницу с длинной косой и тихим красивым голосом. Борька дождался Юру. Настоящий друг дождётся всегда!
Под толстенными, резными и непохожими друг на друга парящими снежинками друзья пошли домой. В своем дневнике Юра нёс кровавую запись, которая приглашала его отца в школу к директору. Но это его не расстраивало, потому что в школу папу вызвали не из-за того, что он запрыгнул на парту и этим огорчил учительницу. Просто нельзя приличному октябрёнку и будущему пионеру высказываться о возможных должностных и родственных совпадениях больших руководителей прошлого. Особенно вождей, будь то индейцы или разные бледнолицые. Объяснение с отцом его не пугало. Его отец, добрый и бородатый, всегда понимал сына. А вот мама могла наругать и лишить вечерних прогулок.
Юра не то чтобы понимал, но чувствовал, что сегодня в школе произошло что-то необычное и интересное. Серьёзный разговор с родителями получился даже весёлым. Папа и мама были согласны с сыном, что вожди могут быть и братьями, но договорились, что об этом – никому ни слова. А в школе отец поговорил и с Зинаидой Ивановной, и с директором, и даже с каким-то дядькой, которого родители дома между собой шёпотом называли «кэгэбэшник».
В общем, в тот яркий учебный день из школьного угла первоклассник Орлинский вышел немного другим. Он не понимал, откуда это взялось – чувство покоя вокруг и, самое главное – уверенность, что любимые люди всегда будут рядом с ним. И папа, и мама, и закадычный друг Борька. И от этого становилось как-то тепло и хорошо на душе у Юры. Так хорошо становится каждому – и малышу, и взрослому, когда рядом любимые люди и верные друзья.
У Турова был большой кабинет. Он сидел в уютном кожаном кресле за добротным дубовым столом, на котором стоял открытый ноутбук. Рядом с ним были в ряд выложены несколько дорогих смартфонов. Это была производственная необходимость, или, как говорил сам Туров, нужда. Каждый из пяти телефонов был предназначен для разговоров с определёнными людьми. Один – для друзей, как он их называл, хотя сам не верил в это. Он просто делил их на две категории: «друзья», от которых зависит он, и те, которые зависят от него. Так же было и с бывшими коллегами по работе в органах, и со всеми остальными. Самый надёжный способ – держать кого-то рядом, быть на плаву самому, грамотно это контролировать и распоряжаться зависимостью. Это Туров Артур Артурович для себя решил раз и навсегда. Только зависимость является решающим фактором во всём и заставляет двигаться вперёд. Туров был твердо в этом убеждён. Вся земная человеческая жизнь – сплошная зависимость. Даже пока ты не появился на свет, ты уже зависишь как минимум от того, встретятся твои родители или нет. Дальше, по теории Турова, чем дольше живёшь, тем больше обрастаешь зависимостями.