— А то… Прикатили в дорогих иностранных одеждах — пуховики из Италии и шерстяные штаны из английской шерсти. Кстати, скажу вам откровенно — эти импортные шмотки на наш климат не рассчитаны, они больше для английских широт — нашим краям Англия и в подмётки не годится. Одни только шапки наши — советские — из енотовидных собак. А вот что странно… — Завхоз посмотрел по сторонам и, склонившись над Еленой, понизил голос. — Чемоданы у пары из них были какие-то… видавшие виды. Знаете — дерматиновые, самодельные — чиненные не на раз. Я такие видывал у тех наших работяг, что к нам из мест исправительных работ приезжали. Приезжает такой — весь в тряпье, а некоторые даже в ватниках — тех, что преступники в зонах, на работах, таскают. Конечно, после первой зарплаты такие одеваются в пух и прах, а шмотьё своё зоновское сжигают. Но чемоданы не вкидывают — мол, они «счастливые». Так вот — эти ребята такие же были. Все разодеты в пух и прах, а чемоданы — сущее тряпьё. Что самое странное — явно не новички в горном деле — взяли у меня хорошую одежду несколько смен одежды и обуви — портянок несчитанно… Явно знающий народ — понимающие как в тундре важно вовремя обувь сушить.
— Кстати, а их личные вещи где? То в чём они прилетели?
— Так они всё с собой забрали. Вот что странно. Обычно те, кто к нам сюда приезжает — они свои вещи в комнатах общежития держат. А эти с самого начала отправились к Иннокентию и Бегемоту и получили от них не только нужные припасы и одежду, но и два гусеничных транспортника с палатками и топливом. И ещё одно…
Завхоз прикусил губу.
— В общем, смотрите — когда к нам приезжают всякие разные группы что занимаются исследованиями или раскопками, или сбором каких-то данных, то они обязательно включаются в своего рода график контроля. Раз в двое суток наши парни объезжают их — что бы убедиться, что у этих умников всё в порядке, что у них нет больных и им не нужны припасы и всё такое. В общем, мы зовём это «Патруль Жизни» — это важная составляющая нашей работы. Этого требует правила работы «Плутонии» — следить за работой таких групп, — завхоз, уже немного нервно, погладил бороду. — Бегемот два раза к ним гонял. Возвращался. Правда, мрачный — говорит, что там ему явно не рады были и хамили. Но самое-то важное тут не то…
Завхоз погладил бороду и провёл рукой по жилетке вверх-вниз — что было странно, мех на жилетке одинаково легко укладывался в обе стороны…
— Аккурат за пару часов до того, как там случилось то, что случилось — некоторые наши парни слышали странные звуки — взрывы. Понимаете? Я для вас повторюсь… С того места где работала эта экспедиция — были слышны взрывы.
— А что такого странного? Может они штуфы били или еще, какие работы вели.
— Товарищ старший лейтенант — что бы взрывать что-то в тундре — надо иметь взрывчатку. А согласно документам — никакой взрывчатки им не выдавали. Инструмент был обычный — лопаты, кирки, вёдра, верёвки и всё такое — но взрывчатых веществ и детонаторов им НЕ выдавали.
Вот это уже было интереснее. Тут уже было кое-что любопытное…
Иннокентий зашёл в медпункт и, тише мыши, что бы не разбудить других пациентов, подошёл к кровати, на которой лежал Костя.
К случаям «белой горячки» в поселении привыкли давно — и уже хорошо научились с ней бороться — несколько капельниц глюкозы с витаминами, и кое-какие седативные вещества. Так что Костю удалось привести в чувство очень быстро. К счастью он не в запой ушёл, а просто наглотался спирта — как говорят в Одессе «это две большие разницы».
Однако он лежал на кровати, и смотрел в потолок совершенно безжизненными, ничего не выражающими глазами. Его лицо, потемнело от боли и страданий. Однако это были необычные страдания — это был страх. Жуткий страх, который возникает, когда человек сталкивается с давним кошмаром прошлого. Кошмаром, который он бы желал забыть…
— Ну привет, Костя… — Иннокентий сел на стул у изголовья. — Давай рассказывай — что это ты такое отколол…
Несколько долгих секунд Иннокентий думал, что у него ничего не получится и его старый друг и помощник ничего не скажет. Однако Костя немного промолчал, вздохнул и пошевелился.
— Кто она? Откуда ты её выкопал? — проговорил Костя, ровным, безжизненным голосом. — Это же не человек, это какая-то чертовка, демон, дьяволица… Как… откуда она тут взялась?
— Я вызвал. Надо было узнать, что с ребятами на Угодьях Келе случилось. И работу свою она знает хорошо. Если повезёт — вытянет нас из крупных проблем. Тебе велела передать, что ей совершенно не интересны ваши прошлые стычки и недоразумения. Короче — плевать ей на тебя. Но я хочу знать — что ты с ней не поделил.
