— Так-так… Павел в скором времени придёт в себя, — проворчал Иннокентий, глядя на причудливую картину — Елена сидела перед «Орангом» с воткнутой в руку иглой от капельницы, в халате, одолженном у Валентины, который не очень хорошо скрывал её длинные, стройные ноги. — А может быть, вам немного отдохнуть в нашем медпункте?
— Сильно подозреваю, что с этим придётся повременить… — проговорила Елена. — Извините… я из-за этой капельницы с трудом могу рукой шевелить… В общем вон у кровати стоят два мешка. Их я нашла при осмотре места происшествия. Вы бы не могли их осмотреть? Они тяжёлые, а я и так с рукой еле шевелюсь…
Иннокентий и Василий подняли один мешок, поставили его на стол и разрезали.
— Ого! — выпучил глаза Бегемот, увидев его содержимое. — Золото!
— И что хуже — промышленное… — Иннокентий протянул руку к самородку, но Елена остановила его.
— Попрошу брать это золото в перчатках. Не имею понятия, что на него могло налипнуть…
— Это вы о чём?
— На территории где проводилась незаконная разведка и добыча этого золота, найдены следы высокой концентрации какого-то вещества, что обладает сильным сходством с наркотическими веществами. Более того оно даже действует как яд, — Елена показала на мигающий десятками огоньков «Оранг». — Моя лаборатория это подтвердила. Это вещество найдено во всех образцах, что я взяла на территории. Это какой-то яд, что содержит в себе вещества, оказывающие очень сильное влияние на нервную систему. Оно там, в слабой концентрации, было и на земле. К счастью оно быстро разлагается — но только на свежем воздухе и ветре — в завязанных мешках эта отрава могла остаться…
— Понятно. Думаете, могло осесть и на золотых слитках? — Иннокентий нацепил резиновую перчатку, что подала ему Елена, и поднял один самородок. — Да уж… тут килограмма три, не меньше. Это уже не «золотинки» и не золотые метки… Это самородное золото. Его можно добывать и промышленным способом…
— Да. Думаю, что эта погибшая экспедиция, на самом деле, была шайкой незаконных копателей…
Иннокентий сверкнул глазами.
— Мы таких называем «трясуны». Это такие шайки урок или в худшем случае — студентов, что часто приходят «промыть» реки или ручьи тут, на территории «Плутонии». Понимаете, для государства здешние золотые песчинки — они неинтересны, толку от их добычи? Нерентабельно. Но вот для тех, кто любит «решетом трясти» — частники, для них эти золотые песчинки вещь прибыльная, — объяснил Иннокентий. — Но чаще всего это обычные шайки оборванцев или студентов. А вот с такой хорошо подготовленной бандой мы впервые встретились.
— Север… — Бегемот, не слегка побледнев посмотрел на Иннокентия. — Я не понимаю… у них были все документы. Они же все проверки прошли!
После этого он сел на ближайшую кровать и уставился в пол. Понять его было можно — раз все бумаги и документы шли через него, то значит, не доглядел именно он.
— Да, мы даже получили радиограммы из Свердловска и Ленинграда о том, что этим людям можно у нас тут работать, — кивнул Иннокентий. — Я сам подписывал бумаги о допуске их к работе.
— А почему шайка студентов, что занимаются такой незаконной добычей золота, хуже, чем шайка бывших зеков? — поинтересовалась Елена, осторожно проверяя уровень лекарств в капельнице.
— Да это… — Василий потёр плечо. — В общем урки они народ бывалый и отлично знают, когда можно огрызаться, а когда надо поднять ласты вверх и орать на всю тундру «не стреляй, сдаюсь». К сожалению, студенты таким разумением не грешат — у них просто опыта житейского нет. Зато есть оружие и понты дешёвые — с ними по-хорошему не всегда выходит.
— Так-так… а вот те кто там под видом поисковиков «полой Земли» работал, они очень продуманные и опытные. Кстати, я нашла там интересную вещь — кружку с томатным соком сухарями и луком…
— Твою то мать… Никак маркиз Помидор? Это же его любимое блюдо, — вскинулся Василий.
— Кто? — удивился Бегемот.
— Маркиз Помидор, он же Бонифаций Иванов Павлович,1920 года рождения — бывший геолог, что активно специализировался на незаконных раскопках и добыче разного рода полезных ископаемых, — объяснила Елена. — Очень грамотный и умный тип… был. Гонялся не просто за золотом, серебром и драгоценными камнями, но часто и более интересные вещи откапывал — например, вернул в Зоологический музей Ленинграда три десятка зубов акулы мегаладона, которые украли во время Революции. В Свердловске помогал откапывать останки слонов и бегемотов в области. Так же привёз и передал во Владивосток череп саблезубого тигра — в общем, этот парень был достаточно известным и уважаемым человеком. Хотя повторюсь, он давно был на примете как любитель «копнуть чужого». Да и с костями у него не всегда всё хорошо было — например, мы знаем, что он приторговывал мамонтовой костью с контрабандистами. А Германии ухитрился найти и продать за границу скелет кита-базилозавра, что бы привезён из США ещё до Первой Мировой, да так и остался там лежать.
