— Бобёр… Прекрати, — проворчал Иннокентий. — Прошу прощения за поведение Виталия Боброва — это наш главный врач в поселении. Само собой, что ему не нравится, когда кто-то ставит под сомнения результаты его экспертиз, да ещё присылает проверочную ревизию…
— Я не собираюсь ничего делать такого, что повредит вашей репутации. — Елена мотнула головой, выпростав из-под куртки волосы. — Меня сюда прислали для оперативного расследования. Я бы была вообще рада, если бы вы вообще не упоминали обо мне своих отчётах.
— Это для соблюдения режима секретности? Это да — уважаю такое… — Иннокентий посмотрел в потолок. — Но, к сожалению это невозможно. По поселению уже расползаются мрачные слухи, которые один другого страшнее. Потому то я и обратился именно к Богатырю — как я убедился в отличие от некоторых… — он посмотрел на Боброва, — у него не такое ортодоксальное мышление как у моих помощников.
— Ты это на что намекаешь? — набычился главный врач, выпятив вперёд нижнюю челюсть.
— На то, что ты допустил ошибку, — спокойно проговорил Иннокентий и посмотрел на седого мужчину. — Бегемот… Проследите за тем, что бы вещи старшего лейтенанта Сиротиной были доставлены в комнату. Старший лейтенант… это мой заместитель — его все зовут Бегемот, так что обращайтесь к нему так. Он мой заместитель. Если что-то понадобится — то обращайтесь к нему. Поможет всем, чем может.
— Никаких проблем, никаких проблем, — мужчина, со странным прозвищем — Бегемот, усмехнулся, оскалив коллекцию разномастных металлических зубов. — Всё сделаю. Только скажите, чего надо.
— У меня есть одна просьба… — Елена достала из кармана резинку для волос, но та рассыпалась в её пальцах — впопыхах девушка сунула её во внешний карман своей куртки и та хлебнула горя при контакте с лютым морозом на улице. — Чёрт!
Бегемот, молча, пошарился по карманам и выудил из них ещё одну резинку для волос, кою вручил Елене
— Спасибо товарищ…
— Меня зовут Николай Пасюк. Но можете звать меня просто Бегемот. Хорошо?
— Приму к сведенью, товарищ, — кивнула Елена, закручивая волосы в хвост. — Если не трудно… можем ли мы поговорить с вами, товарищ Иннокентий?
— Можем. Пойдёмте в мой кабинет… Перекусить что-то с дороги не желаете?
— Мне бы хотелось вникнуть хотя бы в саму ситуацию. А уже потом есть.
— Я сильно подозреваю, что после этого вы уже не сможете поесть…
«Плутония» аномальное место, скажу тебе сразу. Тут есть уголь, встречаются редкие драгоценные камни, янтарь и кости неведомых животных.
Ну не совсем неведомых. В 1957 году я пригласил в «Плутонию» группу палеонтологов из Москвы, Ленинграда, Киева и Свердловска. Они пробыли у меня тут почти два года — вели раскопки и всё такое — вывезли в свои университеты кучу интересных образцов.
В общем, они пришли к выводу, что место немного аномально, но только в плане атмосферных явлений — а все кости и находки вполне соответствуют одному из периодов прошлого нашей планеты. Кости по большей части принадлежат огромным носорогам — индрикотериями их родственникам — так же там нашли кости бегемотов, крокодилов и громадных животных, что вымерли с началом ледниковой эры.
Уголь — его присутствие, они тоже сумели объяснить — оказывается давным-давно, в те времена, когда только вымерли динозавры, в наших краях произошло чудовищное землетрясение, что фактически, вытолкнуло из глубин земли пласты угля времён каменноугольного периода.
Кстати, именно это землетрясение и вытолкнуло из-под земли россыпи алмазов, что нет-нет, да и встречаются тут.
Правда, по словам геологов, здешние алмазные россыпи бесконечно далеки по своему изобилию от приисков Якутии и ЮАР, так что создавать тут постоянную базу и пригонять армии техники — не имеет смысла. Мы больше потратим средств на добычу небольших партий алмазов, нежели получим.
Тут и без алмазов есть что добыть. Сейчас мы здесь добываем питчбленд и урановую руду. Так же разрабатываем молибденовые жилы и другие стратегически важные вещества, которые от нас требует Родина. Так что в финансовом плане «Плутония» не только полностью себя окупает, но и приносит ощутимый доход.
Так что вот…
Но есть кое-что необычное в этой местности.
Здесь нет местного населения. Жители Крайнего Севера до дрожи боятся этих краёв. Они их обходят стороной и явно чего-то опасаются. Это заметили как раз те самые ученые из экспедиции, о которой я пишу. По их словам, здешнее население считает, что в здешних горах живут привидения.
Местные называют их «келе» — странные существа, что умеют показывать иные миры… Шаманы почитают «келе» своими учителями и богами, которые научили их предков умению погружать себя в транс, во время танцев, а также даруют им некую «сому» — напиток или вещество, благодаря которому шаман во время танца, способен видеть иные… «плоскости реальности». Или просто — видеть мир духов.
Самое странное то, что те учёные, о которых я тебе говорил, тоже рассказывали странные вещи о том, что здесь творится…
По их словам — иногда, посреди ночи, они слышали, как кто-то играет на флейте…
Посреди тундры и гор, засыпанных снегом…».
