Сложив руки на груди, Ким Ланг скрючилась на кровати. Страх так сковал ее, что она не в силах была даже закричать. Мадам Стэнфорд выставила вперед руку, как в тире, и выстрелила. Первая пуля попала Ким Ланг в правую ногу. Китаянка вскрикнула и попробовала подняться. Мадам Стэнфорд выстрелила снова.
Малко увидел, как в груди у китаянки появилось кровавое отверстие. Потом другое – над пупком. Китаянка повалилась вперед. Мадам Стэнфорд выстрелила еще дважды в спину – из позвоночника Ким Ланг полетели осколки костей. Страшная судорога прошла по ее телу, и она сползла на пол.
Малко бросился к выходу, но столкнулся с полковником Макассаром, который твердо, хотя и с вежливой улыбкой, ткнул своим револьвером ему в живот.
– Не вмешивайтесь, – прошептал он. – Тут простая ревность. Я сообщил мадам Стэнфорд, где она может найти женщину, погубившую ее мужа. Мадам Стэнфорд поступила так, как и подобает настоящей жене.
В эту самую минуту раздался еще один выстрел, но уже с улицы. Оставив своего собеседника, полковник бросился на лестничную площадку и сбежал по ступенькам вниз. Малко – за ним.
Мадам Стэнфорд стояла около «тойоты», а у ее ног валялся труп мужчины. Она еще держала пистолет, из которого убила Ким Ланг. Полковник подскочил и вырвал оружие из ее рук. Она не сопротивлялась, только с ошалелым видом прислонилась к машине.
– Кто это? – спросил таец, показывая на труп с ужасной раной на виске.
– Мой шофер, – пробормотала мадам Стэнфорд.
Вокруг машины уже толпился народ. Полковник в ярости воскликнул:
– Но почему вы его убили?
– Я была так раздражена, – ответила мадам Стэнфорд, – и у меня оставалась еще одна пуля.
Полковник Уайт был весь зеленый, под стать своей форме. И в первый раз не из-за дизентерии. Малко пункт за пунктом проинформировал его, чем кончилось дело Стэнфорда. У американца язык отнялся. Он перемежал рассказ Малко горестными стонами, а выслушав все до конца, ударил кулаком по столу:
– В этой проклятой стране все гниет и разлагается. Она испортила даже такого человека, как Стэнфорд. От этой сырости и жары можно свихнуться.
Потом, успокоившись, он добавил:
– Тяжко думать, что наших ребят из спецкорпуса уложили из пулеметов, проданных Джимом Стэнфордом.
– Тяжко, – согласился Малко, – но тут мы ничего не можем поделать. У меня нет причин ставить под сомнение слова тайцев.
Уайт печально покачал головой.
– Им доставило удовольствие пересказывать вам, именно вам, всю эту историю. Я уверен, малышка кое-что скрыла. Непросто было бы ей явиться ко мне и объявить об измене Джима Стэнфорда. Другое дело, если вы сами докопаетесь...
– Может быть, – согласился Малко. – Как бы то ни было, моя миссия окончена. Я улетаю послезавтра утром рейсом Бангкок – Копенгаген – Нью-Йорк. Я больше не хочу искать Джима Стэнфорда.
– Я тоже, – грустно сказал полковник Уайт. – Но если мне о нем сообщат, я буду вынужден что-нибудь предпринять.
– Тяжелый выдался денек, полковник, – заключил Малко.
– Тяжелый, – отозвался американец.
Прощальное рукопожатие теплотой не отличалось. Все портила висевшая над ними тень Джима Стэнфорда.
Перекресток у Саванкалоке-роуд в миле от аэропорта Дон-Муанг, на севере Бангкока, как обычно, запрудила беспорядочная масса самых различных транспортных средств, и все старались выбраться из затора. Сам-ло, грузовики, белые автобусы и даже несколько повозок с буйволами смешались в один запутанный клубок. Полицейский, такой тщедушный, что ему можно было дать лет четырнадцать, с философским видом глядел из-под большого зонта на всю эту кутерьму, посасывая початок карликовой кукурузы. Стояла такая жара, что ему не хотелось лезть разбираться.
Вскоре на рисовом поле, зажатом между Саванкалоке-роуд и единственной железнодорожной колеей, началась какая-то суматоха. Крики, брызги. С ленивым любопытством полицейский бросил взгляд в ту сторону. Два буйвола бодались, топчась в грязной воде; мальчишка, пытаясь разнять, лупил их толстой бамбуковой палкой и оттаскивал друг от друга за хвосты. Одно из животных внезапно успокоилось и затрусило к яме с водой, куда, довольное, и плюхнулось. Но другой буйвол остался стоять на месте, с ревом поводя мордой и тяжело дыша. Вдруг, тряся своими двумя тоннами, он полез через ров на дорогу. Полицейский потянулся к кобуре. В Бангкок он переехал недавно. У себя на севере он часто видел взбесившихся буйволов. Опасные, как стадо слонов, они все сметали на своем пути.
Полицейский быстро взвел курок и закричал, чтобы предупредить людей. Опустив голову и выставив рога, буйвол мчался прямо к затору на перекрестке.
