Понадобилось несколько мгновений, чтобы, выслушав его, Лукания хоть в какой-то степени пришла в себя.
– Одного понять не могу: что именно вы скрывали от меня до сих пор: что являетесь членом масонской ложи Сиона и рыцарского Ордена Сиона; или же тот факт, что вы умудрились поступить на историко-философский факультет Парижского университета?
– Просто накануне отъезда на базу «Сан-Джорджио» ко мне явился некий странный человек, вручил брошюрку под названием «Тайны всемирного королевства Меровингов» и от имени ордена Меровингов настоятельно посоветовал проштудировать. Настоятельно… посоветовал. Не забыв намекнуть, что кроме ордена Меровингов, существуют еще орден Сиона и Общество Сиона и что под «Сионом» подразумевается Иерусалим.
– Боже мой, как все до примитивности просто! – все так же артистично демонстрировала свое разочарование Розанда. – Еще минуту назад я чувствовала себя потрясенной вашей ученостью, и вы даже не догадываетесь, сколь велики были ваши шансы в борьбе за мое тело, и даже за мое сердце. А что оказалось на самом деле? Рыцари Сиона всего лишь решили слегка просветить вас еще до того, как вы попадете на мою виллу, то есть еще до встречи с монашествующим контрразведчиком Тото.
– Позвольте, я не зря старался. Мои познания вам уже известны. Теперь же меня интересует: вам как дипломату, сотруднице Министерства иностранных дел, об Обществе Сиона и Династии Меровингов что-либо известно?
– Практически ничего. Под большим секретом удалось выяснить, что нынешним Великим магистром ордена Сиона является некий француз Жан Кокто[53]. Но, как оказалось, в политическом и общественном смыслах личность эта настолько безликая, что можно не сомневаться: при всей своей законспирированности она явно подставная. Очевидно, рассчитанная на особо любознательных и настойчивых, скажем, таких, как я или вы, мой ученый фрегат-капитан.
– Из этого следует, – разочарованно развел руками Боргезе, – что пробиться через него к истинному обладателю трона Меровингов нам тоже не удастся.
– А вы что, задались такой целью? – насторожилась Лукания.
– Почему бы не встретиться с повелителем мира, который даже не догадывается, что на самом деле он – повелитель? Какие-то подступы к этому Жану Кокто вы уже прощупали?
– Нет. Но мне успели сообщить, насколько это опасно. К тому же я не уверена, что Кокто известно имя будущего реального повелителя мира, который, как мы уже выяснили, и сам, возможно, не догадывается о своей миссии.
– Ну, уж папа римский наверняка знает, о ком идет речь.
– Тоже сомневаюсь. Кому-то из его чиновников известно имя все того же Кокто, скажем, начальнику ватиканской контрразведки прелату Бенини. Это в лучшем случае. Я не пытаюсь доказывать, что проникнуть в этот секретный масонский орден невозможно.
– Просто понадобятся «нужные» люди, понадобится немало времени и немало денег.
– Не могу не восторгаться быстротой вашего прозрения, мой фрегат-капитан. Если в самом деле понадобится моя помощь в этом «рейде», обращайтесь.
– А что, возможно, когда-нибудь воспользуюсь этой вашей добротой.
– Но лишь после того, как популярно объясните мне, зачем вам понадобились подступы ко всемирному престолу. Лично вам это… зачем понадобилось? Если бы речь шла о Скорцени, я бы еще поняла… Стоп, так, может, вы и пытаетесь подступиться к этому самому «правителю из будущего» в интересах обер-диверсанта рейха?
– Если бы это нужно было Скорцени, он использовал бы вас напрямую, не прибегая к моей помощи.
– Вы, что, в самом деле считаете, что это так легко: «использовать меня напрямую», – вмиг окрысилась Лукания. – Я что, давала вам повод для такого мнения о себе?
И Боргезе понадобилось трижды просить у нее прощения, прежде чем хозяйка виллы угомонилась и сама примирительно предложила: «Ладно, забудем об этом». И, как оказалось, вовремя. Почти в ту же минуту появилась ее служанка Маргарет, которая сообщила, что у ворот остановился автомобиль Скорцени.
– В присутствии этого диверсионного Квазимодо – никаких разногласий, – тут же определила стиль поведения хозяйка виллы. Но, прежде чем оставить лоджию, все же решила уточнить: – Не сомневаюсь, что, если бы мы не повздорили, следующий ваш вопрос касался бы личности самого «бедного, вечно молящегося монаха Тото».
– О котором вам известно еще меньше, нежели о нынешнем представителе Династии Меровингов, – попытался ослепить ее вежливой улыбкой Боргезе.
– Не заставляйте меня жалеть обо всех тех тайнах, в которые я уже посвятила вас сегодня.
– Насколько помнится, все это время посвящал и просвещал в основном я.
– Как только я терпела вас до сих пор, мой фрегат-капитан? – на ходу обронила Розанда, поспешно оставляя лоджию, дабы лично встретить первого диверсанта рейха.
– Для моих биографов это останется загадкой.
– И все же к личности Тото мы еще вернемся, но уже после вашей «ялтинской встречи большой тройки» или «переговоров на высшем уровне».
– И только при условии, – подался вслед за ней Валерио, – что сумею доходчиво объяснить, зачем он мне понадобился. Разве не так?
