– Давно вымершие Подлинные из Старого мира? – хохотал он. – Ну ты фантазёр! Как здорово, что Первенствующий этого не слышал!…
– Зря ты смеёшься, – посерьёзнел Маэл. – Ты же меня знаешь. Разве я был когда склонён к «фантазиям»? Разве интуиция меня когда–то подводила? Мои догадки всегда оказывались верными. Со временем. Окажется верной и эта.
– Нет, только не эта, – отрезал Зоан, возобновив шаги вдоль колоннады. – Видишь ли, Подлинные не могут «вернуться», потому что они никуда не уходили. Они просто смешались с людьми и исчезли, вот и все дела. Спустя века кровь их оказалась настолько разбавлена, что считай её больше нет.
– Но это совсем не так, и тебе хорошо известно! В твоей же Никкерии есть люди, унаследовавшие от Подлинных некоторые черты… Разве не может быть такого, что за десять тысячелетий эта кровь вновь возродилась в ком–то из людей? Ведь тут простой вопрос случайности. А если что–то может произойти – оно обязательно произойдёт, рано или поздно.
– В таком разе, может произойти и следующее: весь здешний воздух однажды по чистой случайности вдруг соберётся где–нибудь вон в том углу, – махнул Зоан куда–то под могучую колонну. – И мы тогда оба умрём от удушья. Ведь такая возможность тоже существует… Нужно лишь долго ждать, пока она не реализуется путём случайности.
– Ну, эта вероятность совсем уж маленькая… Боюсь, звёзды на небесах погаснут, прежде чем мы дождёмся подобного…
– Именно так! Хоть формально такая вероятность и существует, но она настолько исчезающа, что даже и учитывать её смысла нет. То же самое и с Подлинными. Нужно настолько удачное сочетание случайностей, чтобы вдруг род их сам по себе возродился из мельчайших кусочков… Нет, такого никогда не будет. Скорее воздух сам собой соберётся в одной точке, чем Подлинные вернутся в этот мир.
– Ну пускай… Давай оставим пока вопрос с вероятностями. Просто примем как факт, что такое в принципе возможно. Разве станешь ты отрицать, что тогда всем нам грозит большая опасность? Всему Новому миру! Ведь Подлинные – единственные, кто может противостоять нам, хоть отчасти. И они поведут за собой людей! И Чёрное чудовище возродится вновь… И Новый мир рухнет, как рухнул Старый мир… На этот раз – навсегда!
– Так… – остановился Зоан. – Хорошо. Давай, выкладывай мне всё, с самого начала. С чего ты вообще вспомнил про этих Шаминой забытых Подлинных?
И Маэл начал рассказывать. Он поведал Зоану о чуме в деревне, о Йеде и Тании, об открытой ими двери в древнее подземелье.
Служитель Зоан внимал не перебивая. Лишь изредка задавал уточняющие вопросы. Когда же Маэл закончил рассказ, воцарилась мёртвая тишина. Только сверчки стрекотали из темноты. Ночью они заступали на дневную вахту цикад.
Зоан раздумывал.
– Не знаю точно, кто такие эти твои дети кузнеца, – молвил он наконец, – но они точно не те, кем ты их посчитал. Они не Подлинные.
– Но почему же?
– Ты не видел ни одного Подлинного, потому что слишком молод. Я же помню ещё Старый мир… Уверяю, ты без всякого труда узнал бы Подлинного, явись он пред тобой. У них слишком броская внешность. Даже если эти Йед и Тания и обладают некими скрытыми способностями, в чем ты их подозреваешь, они никакие не Подлинные. Своей вычурной теорией ты только запутал сам себя. Потому давай с этой секунды спустимся с небес на землю и забудем про Подлинных. Идея красивая, но они тут ни при чём. Это раз.
– Ну хорошо, – промычал Маэл. – У тебя есть идеи получше?
– Поскольку наверняка мы мало что знаем, давай рассуждать снова с точки зрения вероятностей. Твой вывод, что эти двое особенные, основан всего на двух вещах: они пережили некую чуму из подземелья, похожую на чуму Старого мира, и они же, предположительно, сумели открыть запор на двери Старого мира. А теперь главный вопрос! Что более вероятно: что эти двое и правда обладают некой тайной загадочной силой, или что твои предположения изначально были ошибочны?
– Это какие ещё предположения? – нахмурился Маэл.
– А такие. Во–первых, с чего ты взял, что эпидемия в деревне – действительно та самая великая чума Старого мира? Признаю что похожа, да, но этого же нельзя знать наверняка! Кроме того, даже если это именно та чума древности, за десять тысяч лет в подземелье она могла ослабеть, измениться, стать менее смертоносной для людей. Вот тебе и двое выживших. Второе твоё предположение это то, что запор на двери в подземелье до сих пор исправен и работает так, как должен. Но кто знает, на что он реагирует теперь? Единственное, что известно наверняка – что он сработал от твоего дара. Однако отсюда никак не следует, что он не сработает по приказу первого встречного смертного. Или вовсе от дуновения ветра. Дверь–то до землетрясения была завалена долгие годы, никто из людей её не видел и только потому открывать не пытался.
От железной логики Зоана Маэл чувствовал себя едва ли не униженным. Он и сам засомневался в адекватности собственных выводов. Его словно выставили круглым дураком.
