Люди Никона так и не пришли в ту ночь. Наступление именно с этого направления не состоялось. И Леонид знал почему.
Если ему-то драпать хотелось?
«Счастливчиков» он понимал. По-человечески. Только не знал, где они остановятся. В Звенигороде? Или для верности подальше ускачут?
Лично его занимала другая проблема. Надо было возвращаться в расположение полка, надо отчитываться Чернову, а как?!
Вот КАК такое скажешь?!
Стоим мы, ждем врага, и тут Зимняя Охота. Так мы врага и не дождались. Не пришел…
Что спросит Чернов, было понятно. А сколько вы перед этим выпили для храбрости, голубчики? И чего именно? Осторожнее надо, и закусывать, а не занюхивать.
Но и присваивать себе чужие заслуги Мохову не хотелось. А то Хелла – дама серьезная. Сколько о ней говорят, все на одном сходятся. Творец милосерден. А Хелла…
Женщина.
Которая бывает непредсказуема, обидчива и весьма капризна.
Нет, лучше к ней в должники не попадать. А наступление… да кто ж его знает? Сорвалось и сорвалось. А про Охоту – ТСС!
Забегая вперед: ребята все же проговорились. Но кто бы им поверил?
Чернов честно ждал удара с тыла. Послал разведку, развернул туда часть орудий.
И… и не дождался!
Спрошенный Голиков молчал и мялся, не зная, что ответить. Понятно, если Мохов что и утворил… Голиков не знает. Но ведь…
Вот – как?!
Как можно остановить наступление не пятидесяти, не ста, а нескольких тысяч человек? Притом что у тебя-то отряд и пятидесяти не насчитывает?
Разве что бомбами. Но взрывов с того направления не было. Ничего не было. Тишина.
Разве что вдалеке волки выли, ну так чего удивительного? Работа у них такая. И вообще… воюют тут и воюют, всю добычу распугали. Поневоле завоешь…
Нападения не было.
И Чернов махнул рукой, приказав внимания не ослаблять. Потому что по его позициям ударили пушки врага.
Броневой дураком не был и пользу артподготовки понимал. Снаряды гудели, прошивая с равной легкостью воздух, дерево, человеческую плоть…
Чернов тоже дураком не был. Поэтому для начала приказал окопаться и не высовываться. А уж чуточку позднее…
Так примерно и вышло.
Подавив возможное сопротивление, Броневой распорядился наступать. Поддерживаемые артиллерийским огнем, пошли в наступление освобожденцы.
Навстречу им ударил огонь Чернова. Но – меньше.
Намного меньше. Да и сил у Чернова столько не было. Разбежался, разлетелся… если бы «счастливчиков» не остановили, ему бы сейчас вовсе солоно пришлось. Но и так…
Окоп – выручит.
Древняя мудрость и сейчас не подвела, и окопы выручали. Ночной бой – страшный. Когда темнота, когда хрипы и крики, когда жужжание пуль, когда падают люди, и не поймешь отчего, и следующим можешь быть ты… и сердце захлестывает волна жути.
А стоять все равно надо.
И рука твердо ложится на приклад. Выпустить еще одну пулю. И еще. А потом кто-то перепрыгивает через насыпь, спрыгивает в траншею, и ты берешься за рукоять ножа. Не пришло еще время саперных лопаток. Выпускать их начали, но приемы боя с ними – это немножко другое. А вот кинжалами в тесноте траншей орудовали вовсю. Им ведь размахиваться не надо…
Броневой был доволен.
«Счастливчики» где-то запропали, да и пес с ними! Невелик прибыток!
Но потом он все Пламенному выскажет! Все-все!
Ишь ты… козел заносчивый.
«Вы должны отстоять дело Освобождения…»
Должен – отстою. А вот тебя и подвинуться можно попросить. Дай время…
Планы у Броневого были хорошие. А вот исполнение…
Когда в его бронепоезда начали стрелять, он даже не сразу понял, что происходит. Нет, не сразу… Не смог даже осознать. Вот секунду назад все было хорошо, и он прижимал к укреплениям остатки сил противника. А сейчас бьют тяжелые орудия. И бьют по его поездам! И один уже сошел с рельсов… а орудия-то все развернуты на врага… их еще перевернуть надо!
А вы попробуйте это сделать в горячке боя!
Да когда стреляют.
Да…
Войско Чернова воспрянуло духом. И солдаты ринулись вперед.
Подмога?!
Ну, держись, вражина! Сейчас мы тебя… ну хоть как-то! Хоть задержать, пока помощь не подоспеет!
Броневой не сдался бы. Он бы попробовал развернуть ситуацию в свою сторону. Но… не просто так вел переговоры жом Тигр. Да и жом Ураган не остался в стороне. О нет…
Не всех эта пара перетянула на свою сторону. Но Ферея с его людьми и Радикала…
Этих и уговаривать сильно не пришлось. Им их шкура была ценнее любой свободы. Так что когда Валежный начал атаку, жом Ферей со своими людьми потихоньку принялся отступать к Звенигороду. А вслед за ним и жом Радикал.
И когда Броневому потребовалось подкрепление…
В других условиях он бы отбился! Он бы бросил свои войска навстречу Валежному, а «счастливчики» вцепились бы в Чернова.
Он бы приказал Радикалу добить Чернова, а сам принялся бы уничтожать Валежного. Да и Ферей лишним не оказался бы.
Но их не было. И не просто так именно этих командиров выбрали Тигр и Ураган. У них войска были опытные. Обстрелянные. И кстати – знающие, когда надо уносить ноги.
А ополчение…
В том-то и беда, что пользы с него никакой. Массой они задавить могут. Но когда сами оказываются между двух огней и когда их начинают прицельно расстреливать…
