Он любил Сару. Он любил её практически всю свою жизнь. И он никогда, ни за что не хотел причинить её боль. Но когда она нуждалась в нём, его не оказалось рядом.
Он услышал отдалённый звук сирен; кто-то ещё с собственным кризисом, таким же, с каким они столкнулись сегодня.
Он перевернулся на бок, спиной к спящей Саре, изогнулся в позе младенца, свернулся калачиком. Его взгляд сфокусировался на слабо светящихся синих цифрах часов, стоящих на ночном столике, и он стал следить, как мимо ползут минуты.
Впервые за много лет Сара сидела в «Сибарите», откинув его спинку. Так, говорила она, легче и комфортнее вытягивать сломанную ногу.
Несмотря на то, что прошлой ночью Дон почти не спал, он не находил себе покоя, бесцельно бродя по дому. Сара однажды пошутила, что они оба влюбились в этот дом с первого взгляда: она – из-за камина, а он – из-за длинной узкой гостиной, которая просто напрашивалась на то, чтобы кто-нибудь ходил по ней взад-вперёд.
– Что собираешься сегодня делать? – спросила его Сара. Полуметровые цифры на телевизоре над камином показывали 9:22. Окна по бокам от камина были поляризованы, уменьшая сияние августовского солнца до терпимого уровня.
Он остановился на секунду и посмотрел на жену.
– Делать? – переспросил он. – Я собирался быть здесь, присматривать за тобой.
Но она покачала головой.
– Ты не можешь провести всю оставшуюся жизнь – оставшуюся
– Да, но…
– Но что? Со мной ничего не случится.
– С тобой случилось кое-что вчера, – сказал он, и снова зашагал через гостиную. – И…
– И что? – спросила Сара.
Он не ответил, повернувшись к ней спиной. Но люди, которые женаты так долго, как они, могут заканчивать друг за друга предложения, даже когда один из них не хочет, чтобы другой это делал.
– И дальше будет лишь хуже, верно? – сказала Сара.
Дон качнул головой, признавая, что она угадала правильно. Он выглянул в затемнённое окно. Они купили этот дом в 1988, вскоре после свадьбы, его родители, как и родители Сары, помогли выплатить первый взнос. Тогда на Бетти-Энн-драйв росло лишь несколько худосочных деревьев да пара разлапистых голубых елей.
Теперь те тоненькие деревца, бесплатно посаженные городом Норт-Йорк, которого уже давно не существовало[143], выросли в высоченные раскидистые клёны и дубы.
Он снова зашагал, на этот раз в её направлении.
– Я нужен тебе здесь, – сказал он, – чтобы позаботиться о тебе.
Она взглянула на свою закованную в арматуру ногу.
– Мне нужен
– Перси через две недели идёт в восьмой класс, – ответил он. – Ему некогда. А Карл и Эмили днём работают. А мы не можем себе позволить нанять сиделку.
– Мы могли бы, – начала она, и он мысленно закончил фразу за неё:
Он снова посмотрел в окно. Да, этот дом, хоть сам по себе и не слишком большой, был больше, чем им было нужно, и оставался таковым с того дня, как от них уехала Эмили больше двадцати лет назад. Возможно, им следует его продать. Только что стало болезненно очевидно, что у Сары начались реальные трудности с лестницами. Переезд в квартиру дал бы им свободные деньги и к тому же решил бы эту проблему.
Он достиг дальнего края комнаты, развернулся, снова оказавшись лицом к жене, и увидел, как её лицо осветилось.
– Ты знаешь, что нам нужно? – спросила она. – МоЗо.
– МоЗо? – Он произнёс это слово так же, как она – с ударением на каждом слоге.
Она кивнула.
– Знаешь, что это такое?
– Я знаю, что это слово стоит девять очков.
Сара нахмурилась.
– Оно означает «слуга», – сказала она. – На испанском, кажется. Но это также торговая марка роботов, специально разработанных для помощи пожилым людям.
Дон прищурился.
– Что, такое уже делают?
– Ты понимаешь, о чём я? – сказала Сара. – Тебе
Он застыл на месте.
– Даже самый дешёвый робот стоит кучу денег.
– Конечно. Но Коди считает, что у меня есть особая способность, которая поможет расшифровать ответ Сигмы Дракона. Я скажу ему, что мне нужен МоЗо. Я не совру. Я реально смогу делать больше, если кто-нибудь будет исполнять функции научного ассистента, кофе мне готовить и всё такое прочее. И это будет означать, что я буду не одна. Ты сможешь куда-нибудь пойти, не беспокоясь за меня.
Он хотел было сказать, что когда они в прошлый раз согласились на милости Мак-Гэвина, результат был не особенно хорош. Но Сара была права. Он свихнётся, если будет постоянно сидеть дома, а этот, гмм… робослуга сделает жизнь куда легче, верно ведь?
