– Ну вот, – сказал Смазерс, – вы видели, что у тосоков две руки: одна спереди, почти как хобот, другая, более тонкая – сзади, где вы ожидали бы увидеть хвост. У них также две ноги, одна справа, другая слева. Очевидно, что в процессе эволюции произошло вот что: восточная и западная конечности стали использоваться исключительно для передвижения, а северная и южная укоротились, перестав доставать до земли, что освободило их для использования в качестве манипуляторов.
– У тосоков также четыре отверстия на голове. Два из них, похоже, предназначены для дыхания, а два других – те, что непосредственно над руками – служат исключительно для приёма пищи.
– А глаза? – спросила Зиглер.
– Точно – четыре глаза. Подозреваю, что изначально они были равномерно распределены вдоль окружности головы, но со временем передвинулись и сформировали две пары, каждая из которых стала способна к стереоскопическому зрению.
Зиглер, впечатлённая, кивнула.
– Ну, хорошо, сказала она, – вы, без сомнения, с базовой физиологией разобрались наилучшим образом.
– Настолько, насколько вообще возможно, не имея понятия о том, как устроены тосоки внутри.
– И как бы вы убили одного из них?
Смазерс заметно напрягся.
– Я… прошу прощения?
– Если присяжный признают Хаска виновным, обвинение будет просить для него смертного приговора. Его надо будет привести в исполнение.
– О…
– Так как бы вы убили тосока?
– Я… э-э… хороший вопрос.
– Они сообразили, как убить одного из нас, довольно легко, – язвительно напомнила Зиглер.
– Мы… э-э… у нас в Канаде нет смертной казни, – сказал Смазерс. – Я не уверен, что я подхожу для этой задачи.
– Мои источники утверждают, что вы
Смазерс почесал сквозь бороду подбородок.
– Ну, практически кого угодно можно убить, лишив его кислорода.
Зиглер покачала головой.
– Казнь должна быть быстрой и безболезненной, иначе такой способ признают неконституционным «жестоким и необычным» наказанием. Она также не должна быть кровавой; публика на такое не согласится.
Смазерс задумался.
– Это будет непросто. Повесить – но у тосоков нет шеи; глаза на затылке делают её ненужной. А использование смертельной инъекции или газовой камеры требует знания тонких деталей физиологии; я могу предложить множество ядов, но не смогу гарантировать, что какой-то из них подействует быстро и не причинит боли.
– Электричество?
– Да, вероятно… но, опять же, не могу гарантировать, что для тосока это будет быстро и безболезненно.
– Значит, вы должны отыскать способ.
Смазерс покачал головой.
– Правда, мисс Зиглер, я…
– И, конечно, – прервала его Зиглер, – после казни мы можем предоставить вам доступ к телу. – Она сделала паузу. – Это может стать вашей единственной возможностью познакомиться с анатомией пришельцев.
Смазерс задумался на очень долгое время; очевидно, в нём развернулась нешуточная внутренняя борьба. Наконец, он сказал:
– Как вы знаете, у нас нет ни образцов тканей, ни рентгенограмм тосоков; они на этот счёт чрезвычайно стеснительны. Так что задача очень непростая. – Он снова помолчал. – Положитесь на меня, мисс Зиглер. Уверен, я отыщу способ. – Но потом он покачал головой и снова на долгое время замолк. – Я лишь надеюсь, что после этого смогу жить дальше в мире с собой.
Дэйл и Фрэнк встретились в ресторане за ланчем. Дэйл заказал клубный сэндвич, картошку-фри и салат Цезарь; Фрэнк ел жареную куриную грудку и салат из овощей с обезжиренным итальянским соусом.
– А то, что на месте преступления обнаружены следы тосокской крови, не создаст нам проблем? – спросил Фрэнк, проглотив кусочек радиккьо.
– Каким образом? – спросил Дэйл.
– Ну, если тосокская биохимия сколько-нибудь схожа с нашей, то обвинение сможет извлечь из неё своего рода генетический отпечаток и доказать, что это кровь Хаска.
– Они смогут это сделать, только если у них будут образцы крови остальных тосоков для сравнения.
– Ну, они ведь наверняка могут обязать их сдать кровь.
На лице Дэйла появилась мрачная усмешка.
– Если они попытаются это сделать, мы их так прищучим, что сесть не смогут. – Дэйл откусил от своего сэндвича большой кусок.
– Что? Почему?
Адвокат проглотил кусок и отхлебнул «пепси-колы».
– Вы знаете, как началось применение анализа ДНК в криминалистике?
Фрэнк покачал головой.
– Это началось в Лестере, в Англии. В 1983 году там кто-то изнасиловал и задушил пятнадцатилетнюю девочку. Полиция не смогла найти ни единого подозреваемого. Три года спустя, в 1986, случилось то же самое: ещё одна пятнадцатилетняя, тоже изнасилована и задушена. В этот раз полиция арестовала парня по имени… как его? Бакли, Баклэнд, как-то так. Он сознался в последнем убийстве, но не в том, что произошло три года назад.
