Луиджи тяжело вздохнул.
— Ничего! — прошептал он. — Ничего такого, что могло бы мне помочь. И все же кое-какие меры мы примем.
Час спустя все шпики Неаполя были уже на ногах; за корсаром и его людьми шпионили более пятисот человек.
Паоло об этом догадывался.
Пожираемый желанием знать наверняка, действительно ли заточенной в тюрьму женщиной была маркиза, он хотел бежать к Кармен, столь любимой дилетантами примадонне; но подобный внезапный визит вполне могли счесть компрометирующим, к тому же он опасался, что, будучи посвященной в его связь с маркизой, молодая женщина не пожелает его видеть.
Во избежание подобной опасности, он послал ей записку, содержащую одно лишь слово: «ждите».
Отнести ее вызвалась одна из родственниц Вендрамина; работавшая у одной из модисток, она не могла вызвать ни малейших подозрений.
Певица поинтересовалась, от кого было столь необычное письмо.
При имени Паоло она очень изумилась, но нежданная гостья добавила:
— Он поручил мне спросить: «Она ли это?»
— Кто — она? — непонимающе переспросила актриса.
Узнав об этом, Паоло пришел в крайнее беспокойство.
Да, Луиджи говорил, что узница была красива, темноволоса, отважна, но мало ли на Сицилии темноволосых, храбрых и красивых женщин! Паоло был снедаем сомнениями.
Ему ведь сказали, что тело ее предали земле.
Корсар предположил, что место маркизы Дезенцано могла занять одна из ее сторонниц.
Утверждало его в этой мысли и то, что примадонна ни о чем, казалось, ничего не знала.
Разве если бы маркиза выжила и вернулась в Неаполь, она бы не доверила свою тайну Кармен?
Заметно озадаченный, Паоло решил самостоятельно пролить свет на эту загадку.
Он направился к директору театра «Сан-Карло» и выкупил для себя, Вендрамина, своих друзей и рыбаков билеты на все места, за исключением зарезервированных заранее в лучшие ложи.
Литерная ложа была оставлена для индийского принца, о чем знал весь город.
Весь элегантный Неаполь собирался присутствовать в театре.
Паоло пришла в голову блестящая мысль.
Театр был восхитительно освещен.
Все, что было в Неаполе богатого и элегантного, явилось туда увидеть и индийского принца, обладавшего столь прекрасной яхтой, и Короля набережных, столь хорошо принятого королем Франческо.
Публика с нетерпением ожидала прибытия этих двух героев вечера.
Зал выглядел очень красочно.
В партере и на галерке, сопровождаемые женами и дочерьми, устроились рыбаки и матросы.
Все они вырядились в праздничные свои одеяния, а в Неаполе, где обожают торжества, даже самые бедные имеют про запас нечто роскошное и пышное.
Принц Мехмет Варинто (так нарек его Паоло) появился в театре к поднятию занавеса, и прибытие его сопровождалось шепотом, шушуканьем и тысячами направленных на него биноклей; его нашли весьма приятным во всех ложах.
Портовые рабочие слали ему благожелательные улыбки, некоторые женщины даже строили ему глазки; все знали, что он друг Паоло и любили его за это.
Но гораздо больше моряки желали видеть Корсара с золотыми волосами, о похождениях которого Неаполь мог лишь догадываться.
Однако же по городу о нем уже ходили самые чудесные слухи, и репутация Паоло росла не по дням, а по часам.
И потом, эти суровые матросы видели в этом молодом человеке блестящее воплощение всего неаполитанского порта.
Он был их радостью, гордостью, богатством, славой.
Каждую секунду головы с лихорадочным нетерпением поворачивались к дверям.
Первое действие уже заканчивалось, когда Паоло появился в партере — ложу он взять не пожелал.
При виде его все матросы вскочили со своих мест, актеры замерли на сцене, счастливые обладатели лож наклонялись, чтобы увидеть его — словом, повсюду царило невообразимое смятение и суета.
Кармен была на сцене.
Она шагнула вперед, тоже желая его видеть.
Паоло приветствовал зал грациозным жестом, и все моряки с воодушевлением прокричали:
— Да здравствует Король набережных! Да здравствует Паоло!
Паоло улыбнулся зрителям, приветственно помахал рукой друзьям, а затем зычным голосом Вендрамина попросил тишины.
Слушали его с благоговейным вниманием.
— Друзья! — воскликнул юноша. — Как вы знаете, есть Король набережных, коим являюсь я! Но не забывайте, что есть и король рыбаков и лаццарони, король Франческо, который является как моим господином, так и вашим! Этим утром я явился во дворец для того, чтобы засвидетельствовать ему свое и ваше почтение, и был принят с благожелательностью, которая делает огромную честь всем нам. Прошу вас присоединиться к моему приветствию: «Да здравствует король Франческо!»
Тотчас же в воздух взмыли сотни рыбацких шапок, и многосотенный хор голосов прокричал:
— Да здравствует король Франческо!
То был воистину гениальный ход.
Когда о произошедшем доложили Его Величеству, тот пришел в полный восторг.
Паоло занял место в середине партера, где он был виден всему залу.
Первый акт закончился арией Кармен, которую та исполнила с присущим ей блеском.
Паоло выглядел восхищенным пением примадонны меломаном.
