— Получу высшее образование и стану богатым, в партию вступлю, пост большой будет у меня.
— Гошенька, ты так уверенно ответил, что я тебе поверила. У тебя все получится. Только девочку эту, Элю, ведь ты ее любишь, не оставляй однц. У нее золотое сердце. Я бы спокойно оставила этот мир, если бы знала, что вы когда–нибудь поженитесь и ты будешь с ней счастлив.
— Мама, обещаю сделать так, как Вы мне советуете, — ответил ей я и потихонечку повел ее в палату, куда уже в белом халате мне на смену входил Аристарх.
Лида стала нам с Элей помехой. Теперь она ночевала дома, а нам ничего не оставалось, как встречаться днем за угольным сараем, убегать на Холодное озеро или на Летовку. Возвращались как всегда порознь. Но даже в разлуке моя любовь всегда была со мной. Мне казалось, я слышу, как она за стеной тихо дышит, и радость поселялась в моем сердце.
Однажды в воскресенье, на рассвете, «зазвонила» моя сигнализация. Бывало, что кто–нибудь пытался украсть у кого–нибудь из сарая уголь или дрова. Но я почему–то сразу решил, что это Витька открывает сарай и уснуть уже не мог.
— Интересно, что он там спрятал? — спрашивал я себя, и как только окончательно рассвело, взял угольное ведро, спички и пошел в сарай. Ломом сбил замок с двери сарая, потом с его погребка, чтобы он не на меня подумал. Мне же он дал ключ. Открыв крышку погребка, зажег лучину и посветил во внутрь и обнаружил старый рыжий портфель, перевязанный ремнями. С трудом, развязав ремни, открыл его. Как мне и думалось, в нем были ювелирные изделия. Завтра откроется магазин и начнут искать вора. Найдут Витьку, а он признается, где прячет, т. е. у меня. Нет уж, — решил я, — у меня уже есть опыт закапывания вещей. Нужно перепрятать. А куда? Где не догадаются искать? На берегу Холодного озера. Пришел ответ. Не задумываясь больше, прикрыл крышку погребка, взял штык лопаты, портфель, и затворил дверь сарая, оглянулся, нигде, никого и направился к Холодному озеру. Прежде, чем спуститься в его кратер снова оглядел прилегающую местность. Похоже, люди в воскресенье высыпались. Выбрав ориентир от валуна, с этого берега до противоположного, выкопал в твердом грунте яму до 80-ти сантиметров и, прежде, чем спрятать портфель, открыл его. Меня не интересовало все то, что там блестело, сверкало. Было ясно, мы с Элей теперь богаты. И судя по тяжести, там было не менее семи килограммов. Очень хотелось что–нибудь подарить моей девочке, но я понимал, делать этого никак нельзя. Закопав портфель, притоптал грунт, излишки грунта разбросал, и место клада присыпал песком, и даже сходил к озеру, и несколько раз принес в ладонях воду, побрызгал, чтобы скорей проросла там хоть какая–нибудь растительность. А лопату спрятал на противоположном берегу озера напротив закопанного клада и насыпал над ней горку гравия для приметы. Ступая по холмам, спустился к оврагам совсем с другой стороны.
Теперь нужно было вернуться к сараю и затем в дом, чтобы убрать следы сигнализации. Справился с этим я довольно быстро. На всякий случай выбросил наружный замок. Вернулся в дом и услышал, как Лида протопала на каблуках к нашей общей наружной двери. Вот только не знал, ушла Эля в школу или нет. Оказалось, ушла. Наверное, Лида проследила за этим. Я пошел в магазин, купил молока, булочек и пошел на утреннее свидание к матери.
Никогда не думал, что нечаянно свалившееся на человека богатство, может так преобразить его. Конечно, я не мог им воспользоваться, но сознание, что ты богат, придает уверенность. Думать, что будет, если Витька сам захочет перепрятать награбленное, или попытается проверить, на месте ли оно, мне не хотелось. В конце концов не станет он меня трогать. Витька вор, а не убийца. Да и другие из нашей шайки знали, что он погреб в моем сарае выкопал. Но тревога за себя не отпускала меня.
Мать заметила мое возбуждение и спросила:
— Что–нибудь случилось, Гошенька?
Я отвечал:
— Маменька, случилось. Расскажу, когда вас выпишут домой. Случилось хорошее. Это про меня и Элю. — Поменял тему разговора, — завтра Эля приготовит тебе вареники. Ты с чем больше любишь — с картошкой или с творогом?
— Ой, Гошенька, здесь хорошо кормят. Кушайте сами. Вы растете, вам силы нужны. Иди домой, малыш, я спать хочу, а завтра расскажешь мне про свое «хорошее».
Вернувшись домой, я лег на кровать. Жадно прислушивался к звукам в коридоре, не возвращается ли Эля со школы. Мне хотелось сообщить ей, что мы теперь богаты и можем пожениться. Но не дождался и задремал. Очнулся от легкого стука. Вскочил, распахнул дверь. За ней стояла моя девочка.
— Мне скучно, — пожаловалась она.
Схватив ее за руку, втащил в комнату, накинул крючок на дверь и торжественно объявил:
— Сегодня мы с тобой поженимся на Летовке. Надень самый лучший сарафан, заплети лучшие ленты в косы и пойдем. Только сначала пообедай, а я буду тебя ждать, как всегда, в овраге.
Мое праздничное настроение передалось и Эле.
