— Но сначала я должен заглянуть в гостиницу «Фон Гумбольдт», где остановился Корт…
На этот раз, как показалось Риду, «бьюик» доставил их в город очень быстро. Водитель остановил машину недалеко от гостиницы.
— Корт занимал шестнадцатый номер, — пояснил Хосе. — Дежурный администратор — старик и вряд ли помнит Корта в лицо. К тому же и видит он плохо.
— Надеюсь, я долго не задержусь, — ответил Рид, выходя из машины, и добавил: — Конечно, если ничего не произойдет.
— Буду терпеливо ждать, — проговорил Хосе, усаживаясь на заднее сиденье и сдвигая шляпу на лоб.
Было два часа ночи. Полусонный швейцар не обратил никакого внимания на Рида, и тот решительно подошел к дремавшему за конторкой старичку и попросил ключ от шестнадцатого номера. Администратор молча выполнил его просьбу.
Шестнадцатый номер оказался на первом этаже, третьим направо по коридору. Рид повернул ключ, вошел в комнату и, уловив какой-то подозрительный шорох, инстинктивно упал на пол. Прогремел выстрел, кто-то перешагнул через Рида и попытался проскользнуть в дверь, но Рид схватил его за ноги и свалил. Потом он рывком поднялся с пола, нащупал выключатель и зажег свет. Первое, что заметил Рид, был пистолет, выпавший из руки неизвестного. Рид быстро нагнулся и подобрал оружие. Только теперь он перевел взгляд на распростертого у его ног и, видимо, несколько оглушенного падением человека и не поверил своим глазам.
— Джилингхем?! — воскликнул он.
В свою очередь, Джилингхем с изумлением уставился на Рида.
— Рид?! Но вы же…
— Одну минуту.
Рид быстро подошел к двери и услышал в коридоре возбужденные голоса. Выглянув из номера, он почти столкнулся с одним из служащих гостиницы.
— Что за шум? — с деланным беспокойством спросил у него Рид.
— Ничего особенного, — ответил служащий, обращаясь одновременно к нескольким другим жильцам, чьи испуганные лица белели в дверях соседних комнат. — Просто-напросто мимо проезжала машина с неисправным мотором, только и всего. Приносим наши извинения.
Рид вернулся в номер и закрыл дверь на задвижку. Через несколько минут в гостинице снова наступила тишина.
— Ваш пистолет у меня, — обратился он к Джилингхему, с удовлетворением отметив про себя, что впервые за несколько последних недель перестал играть роль пешки и может диктовать свою волю. — Я, не задумываясь, пристрелю вас в случае необходимости. Садитесь.
Джилингхем покорно перебрался на ближайший стул. Рид остался стоять.
— Ну что ж, Джилингхем. Как британский дипломат, вы с таким рвением выполняли свои обязанности, что меня украли на ваших глазах, бросили в подвал и ждали только подходящего момента, чтобы, как выражаются наши американские друзья, ликвидировать.
Джилингхем провел рукой по лицу.
— Я принял вас за Корта, — угрюмо сказал он.
— Я так и понял.
— Я пришел сюда, чтобы убить Корта.
— И это не вызывает сомнений. Но вы работали по-любительски, и вам не удалось бы скрыться.
— Знаю. Но я не собирался бежать.
— То есть?
— Застрелив Корта, я хотел покончить с собой.
— Превосходно. Но почему вы хотели убить своего хозяина?
— Это длинная история.
— Рассказывайте, у меня есть время.
— Но сюда в любую минуту может явиться Корт… Отдайте пистолет и уходите, мистер Рид. Забудьте, что видели меня. Я убью Корта и…
— Вы не умеете стрелять и снова промахнетесь. Кроме того, можете не беспокоиться, Корт сюда не вернется.
— Не вернется?!
— Да.
— Откуда вам известно?
— Не ваше дело.
— Постойте, но на вас же его костюм!
— Удивляюсь, что вы не заметили этого раньше.
— Но как же…
— Довольно! Почему вы хотели убить Корта?
— Он убил человека и вынудил меня стать соучастником убийства.
— Какого именно?
— Моего повара Альберто. Он посадил его в подвал, и Альберто умер от голода и жажды.
— Почему же вы не выпустили его, когда Корт уехал от вас?
— Не мог… Боялся Корта… По правде говоря, мистер Рид, не в моем поваре тут дело… Всю свою сознательную жизнь я был рабом… пленником в собственном доме…
— Вы закончили колледж «Спарта»?
— Вы знаете это? — удивился Джилингхем.
— Да. И многое другое.
— В колледже у меня был друг, тоже студент. Однажды во время каникул я написал ему письмо — обычное товарищеское письмо. После каникул меня вызвал к себе герр Нейман — немец, ректор нашего колледжа, показал мне конверт, а из него достал письмо. Конверт был мой, а в письме, хотя и было оно написано моим почерком, говорилось о таком, что здоровому человеку и в голову не придет. Потом ректор показал мне несколько гнусных, фальшивых фотографий, где я и мой друг были засняты в…
— Можете не вдаваться в детали. Я знаю сколько угодно таких примеров.
Во время разговора Рид держал пистолет направленным на Джилингхема. Тот наконец не выдержал.
— Да уберите вы эту проклятую штуку! — воскликнул он.
— Распоряжаться здесь буду я, — оборвал его Рид.
— Разрешите напомнить, — высокомерно вздернул голову Джилингхем, — что я ответственный британский дипломат.
— Разрешите напомнить, что вы соучастник убийства. Вряд ли даже вашему министерству иностранных дел захочется иметь среди своих сотрудников человека с такой репутацией.
