И тут у неё сделалось такое выражение лица, что я охренел. Я не знаю, как это описать. В общем, однажды я смотрел бокс и увидел физиономию боксёра, которого только что привели в чувство после нокаута. Он не мог ни на чём сосредоточить свой взгляд и вообще не понимал, где находится. Вот сейчас я увидел то же самое в её исполнении. Правда, тот боксёр был мужик и вдобавок негр, но в остальном всё совпадало на сто процентов.
Я забеспокоился и сказал:
– Слушай, только ты… это самое… Юрку не бей слишком сильно… за то, что он натворил.
Как ни странно, от этой фразы она пришла в себя. И, вскочив на ноги, закричала:
– Да ты с ума сошёл!! Я его даже пальцем ни разу не тронула! Его вообще нельзя трогать!
…Потом она сходила в квартиру и, видимо, о чём-то разговаривала с сыном. Потом мы снова сидели вместе на подоконнике. Мы долго молчали, и наконец она спросила:
– Ну что? Значит, всё?
– Всё.
С тех пор мы с ней разговаривали почти исключительно на работе и о работе. В редких случаях пересекались на улице, но только потому, что жили недалеко друг от друга. Потом у неё появился новый парень… хотя какой он, к чёрту, новый, если старше её лет на десять! Я его видел. Ну такой плюгавец… ростом, наверно, в лучшем случае метр шестьдесят пять. Ниже её почти на голову. Правда, человек серьёзный – знаток народной медицины, да ещё и гипнотизёр. Но официально она замуж так и не вышла.
Впрочем, меня её личная жизнь никак не интересовала, тем более в тот момент. Распался СССР, и у нас на предприятии, внезапно, начались задержки зарплаты. Вот так, а ещё недавно Виктория мне говорила: «Ты молодой, свободный… успешный, хорошо в жизни устроился, раз на нашем предприятии работаешь…» Наши сотрудники, кто мог, стали искать себе вторую работу. Или – другую работу. Я тоже нашёл себе вторую работу, правда, не сразу. Терпел, терпел, но в сентябре 1994 года устроился сторожем в школу.
И тут у меня вскрылись проблемы, которых я не смог предвидеть. Мне не хватало способностей и концентрации, чтобы справиться с двумя работами! Мне нужен был отдых, разгрузка! Чтобы отдохнуть и разгрузиться, я стал прибегать к самому надёжному средству… и в декабре 1994 года вылетел со второй работы за пьянство.
Примерно в то же время – я не все датировки помню, когда что случилось (водка – зло), но, видимо, это был год 92-й или 93-й – Виктория однажды подошла ко мне:
– Вася, ты как, нашёл себе вторую работу?
– Нет, не нашёл.
– А у меня для тебя подарок есть.
Она достала из кармана пачку денег. Сколько – я, конечно, не помню, потому что инфляция тогда маршировала семимильными шагами.
– Что это?
– Я решила подарить тебе деньги.
– А когда их надо вернуть?
– Никогда.
– Спасибо. А откуда?
– А я нашла вторую работу. Массажисткой. Кстати, у меня хорошо получается. Не иначе, скрытый талант.
Я уже взял деньги, но тут она спохватилась:
– Стоп! Стоп. Подожди. Дай мне честное слово, что эти деньги ты не потратишь на спиртные напитки. Еда… одежда… квартплата… кино… девочки… но только не на спиртное. Я же помню, что ты иногда позволял себе выпивать немножко больше, чем нужно. Конечно, ты никакой не алкоголик, но всё-таки дай мне слово. На всякий случай.
– Честное пионерское!
Наврал, конечно. А как она отследит? Нет, естественно, я пропил не всё: мне же надо было питаться, одеваться, за квартиру платить… Но кое-что ушло и на водку.
Анекдот: «Почему вы стали пить? – Потому что мне стало не на что есть…»
Потом эти эпизоды повторялись ещё и ещё.
– Ты нашёл себе вторую работу?
– Нет, не нашёл.
– Эххх… Ну, держи ещё подарок. Только дай честное слово, что не потратишь на спиртное.
– Честное слово…
Она всегда точно угадывала, когда я на мели. Правда, это было нетрудно: ведь мы работали на одном предприятии, и зарплату нам задерживали тоже одновременно…
Был между нами и такой разговор:
– Ты нашёл себе вторую работу?
– Нет, не нашёл.
– Эххх… Ну, держи ещё подарок. Только дай честное слово, что не потратишь на спиртное.
– Честное слово.
– А хочешь, я тебе найду вторую работу?
А меня к этому моменту из школы уже успели уволить. И я сразу понял, какая у меня перспектива… Опять выгонят за пьянство, да ещё и Виктория об этом узнает! Нет, так дело не пойдёт: какая-никакая гордость у меня ещё сохранилась.
– Не надо! Я сам.
Как-то я не поленился и посчитал, насколько серьёзную материальную помощь она мне оказала в совокупности. Вывод получился ужасающий: если б не она, я бы вообще помер с голоду! Нет, конечно, я мог бы настрелять денег у кого-то другого, продать вещи из квартиры, обменять квартиру на более скромную… Но это только в том случае, если бы получилось. А если бы не получилось? Сколько, например, народу осталось вообще без квартиры, пытаясь обменять её на более скромную!
К счастью, мне в конце концов помог один мой знакомый, Николай Петрович. Он пригласил меня на другое предприятие. Я обрадовался и, конечно, тут же сделал ноги. А Виктория осталась.