— Она хотя бы красивая? — еще раз прервал «мистер Блащиковски» своего младшего кузена.
— Невероятно. Не буду ее описывать, потому что боюсь, что ты ее встретишь. Молю, ничего не сделай ей, если увидишь ее вместо со мной.
— А кто сказал, что ты сам ее когда–нибудь увидишь?
— Сейчас я попытаюсь тебя переубедить. Смысл в том, что мы встретились при своеобразных обстоятельствах. В тот день я был на мойке, присматривал за рабочими, ибо дома делать нечего, а тогда была ясная солнечная погода. Вот, значит, заезжает она на своем родстере. Когда ее машина уже была свеженькая, она заплатила. Ее первая ошибка была в том, что она отдала деньги прямиком мне в руки, а не через мойщиков. Я увидел, что на цифрах не было краски OVI. То, что она этого не учла, либо не заметила, в случае, если не она изготовляла их, стало ее второй ошибкой. Я, как подобает порядочному гражданину, — Ян сделал смешок, Марк же лишь дожидался окончания истории. — вызвал «стражей порядка». Ведь, нам не нужны лишние люди для привлечения лишнего внимания к мошенничеству в нашем городе. Я прав?
Марк лишь утвердительно кивнул.
— В общем, приехали двое в полицейской форме, начали разбирать ситуацию, задавать вопросы. Когда ее посадили в авто, для того, чтобы отвезти в участок и оформить подобающие документы, ко мне подошел один с полицейских, поблагодарил за вызов. Но самым главным было то, — Ян решил, что в этом моменте не помешает эпическая пауза. — что он мне поведал, что это уже не первая ее проделка. Я решил, что она попросту не опытная мошенница и решил дать ей еще один шанс.
— Ты дал тому мудаку в погонах денег?
— Увы, но это так. На следующий день она опять приехала на мойку, я там был вновь, она меня отблагодарила.
— В устной форме, небось? — с улыбкой на лице произнес Марк.
— Да. Но потом мы пошли в кафе неподалеку. Посидели, я поспрашивал ее о том, как долго она в «игре».
— В кафе? Ты в своем уме? — уже с ироничной насмешкой говорил Марк.
— Тогда там было всего несколько человек, расположившихся в другом конце помещения. Кроме того, мы едва ли не перешептывались. Она сказала, что всего несколько месяцев, а я то думал, что немногим больше. Потом, она буквально настояла к поездке к ней домой, наверное, ясно зачем?
— А ты не отказал?
— Нет, но послушай…
— Да какого черта я должен слушать идиота?! — Марк буквально вскочил со своего места, так, что нечаянно ударил ногой столик, столик перевернулся, но уцелел, а с него полетели карты с магнитными лентами, ноутбук, картридер и мини–видеокамера.
— Чтоб тебя..! Какого хрена ты не даешь мне закончить? — также неловко, но резво вздернулся на ноги Ян, управляемые озлобленностью, безысходностью и чувством вины. Жуткое месиво. Еще более жуткое месиво может ниспослаться с небес и материализоваться в этой комнате, если через мгновение младший кузен не придумает оправдание, каким бы ложным оно ни было. Особенно учитывая тот факт, что Марк частенько «выводил подышать свежим воздухом» свой перочинный ножик. Несколькими минутами ранее он уже воспользовался им, а сейчас водимый амфетамином в той же мере, что желание Яна хотя бы на короткий отрезок времени отбить желание Марка побыстрее достать влажные факты, он может бессознательно угрожать своему кузену, как они оба это называют, «для профилактики». Хотя, не только это является причиной возможного нападения. — Подумай хоть немного более масштабно! Изначально моей целью был не перепихон с нею, а желание изучить ее как аферистку, узнать ее сильные стороны, подумать можно ли их развить и использовать в наших корыстных целях! Обман в обмане, сечешь?!
Ян понадеялся, что эти слова склонят Марка к киванию головой. Но напрасно. Со всех движущихся частей тела можно была усмотреть лишь ноздри, движущиеся, как воздушный шарик, надуваемый и вновь спускаемый ребенком.
— Братец, ты даже не замечаешь кому втираешь свою ложь.
— ОК! Тогда спорим на пять штук «зеленых», что она в силах подсобить нам, при этом не оплошав?
— Ты бросаешь мне вызов?
— Вроде того. Принимаешь бой?
Слова Яна перетекли с посудины страха в посудину вызова и принципов. Уж этот говнюк знал, на какую наживку нужно цеплять «мистера эМБи». Если бы принципы были материальными, то не Марк воровал бы, а даже наоборот. Все равно столько враждебной чести, лживой доблести и дурно попахивающих принципов ему ни к чему. Но отнюдь, до какого–то момента не хотел двигаться по ложному, как ему в детстве врали родители и учителя, пути.
Несколькими годами ранее он вознамерился зарыть топор войны между ним и «обманутыми», как он сам их наименовал. А в печальных обстоятельствах своего жизненного старта он будет винить лишь самого себя. Живи сам и дай жить другим. Простите мне, как я прощаю должникам своим. Не рой другому яму… пригодится воды напиться.
— Идет! Чур, я выбираю метод обмана.
— Без проблем. Я, тем временем, пойду домой и окончательно отосплюсь.
