— В таком случае им пора уже и поиграть, ты не находишь?
Виктория прищурила глаза.
— Хилари сегодня утром была у тебя в домике Джилмартена. Я видела, как она оттуда выходила.
— Угу.
— Что ей было нужно?
— То же, что и всегда.
— Она пыталась заставить тебя отдать ей акции?
Фила посмотрела, как собаки с интересом обнюхивают обочину дороги.
— Это, наверное, единственная причина, по которой я могу понадобиться Каслтонам или Лайтфутам, не так ли?
— Ты нас винишь за это?
— Нет. Вики, я хочу тебе кое-что сказать. Я знаю, что тебя больше всего волнует судьба наследства Джордана. Не, беспокойся. Я не причиню ему вреда.
— Если на годовом собрании ты поддержишь Ника, а не Хилари, ты причинишь вред будущему моего мужа и тем самым будущему моего сына.
— Мне кажется, Ник блюдет интересы «Каслтон и Лайтфут».
— И Хилари тоже. Может, ей нет никакого дела до чего-либо еще, но Элеанор права. Вне всякого сомнения, она предана фирме.
— Ты не особенно любишь Хилари, правда?
Виктория прикусила губу и позвала сына:
— Джордан, иди сюда. Не нужно бегать с этой палкой.
— Почему ты ее не любишь? — продолжала тихо настаивать Филадельфия.
— Какое тебе, собственно, до этого дело?
Фила подумала с минуту.
— Ручаюсь, ты считаешь, что ребенок был от Дэррена, правда?
Виктория резко остановилась и повернулась к ней лицом.
— Ты сучка.
Фила закрыла глаза и затем чуть приоткрыла их.
— Последнее время многие отзываются обо мне в подобных выражениях. Твой муж назвал меня такими же словами.
— И был прав.
— Ну а ты не права. По крайней мере по поводу него. Хилари утверждает, что была изнасилована. Дэррен так никогда бы не поступил.
— Любой мужчина способен прибегнуть к насилию, если его к этому подтолкнут, так же как любой человек способен на убийство, — напряженно произнесла Виктория.
— Хилари не толкала его на это. Зачем ей это нужно?
— Кто знает, о чем она думает? Ей нравится подчинять себе все и вся. Она могла решить, что сможет контролировать Дэррена при помощи секса. Ведь пока они были помолвлены, Ник был как в дурмане.
— Вики, будь благоразумна. В прошлом твоего мужа и Хилари нет никакой ужасной тайны.
— Откуда ты знаешь? — Виктория не сводила глаз с лица Филы.
— Я бы почувствовала это. Я всегда чувствую такие вещи. Дэррен слегка осторожничает с ней, и у него есть для этого все основания. Она хитра, и он прекрасно это знает. В некоторой степени он восхищается ее умениями. Он хочет иметь с ней дело, потому что она в состоянии дать ему то, к чему он стремится, и, кроме того, Хилари все-таки член семьи. Но это единственное, что его в ней интересует. Поверь мне.
— Тебя не было здесь три года назад. Ты не знаешь, что тогда случилось. Проблемы поставили нас с Дэрреном на грань развода. Полагаю, что тогда было бы естественно, если бы он повернулся к Хилари,
— Если ты это внушаешь себе последние три года, то забудь. Этого не произошло. Я бы почувствовала, если бы между этими двумя имели место какие-то отношения. Это было бы заметно в те моменты, когда они вместе. Хилари ненавидит мужчину, от которого она забеременела, независимо от того, кем он был. Она не могла бы вести себя с ним так безмятежно, как ведет себя с Дэрреном. Не могу даже представить, с чего ты взяла, будто Хилари была беременна от твоего мужа.
Руки Виктории сжались в кулаки.
— Я никогда не была уверена. Но иногда задавала себе этот вопрос. Отец Дэррена был… ну, я уверена, что ты о нем слышала.
— Мужчина, который всю жизнь волочился за юбками. Да, это я уже поняла.
— Я часто лежала ночами без сна и думала, может ли такая вещь быть наследственной. — Виктория мрачно улыбнулась. — Но большей частью я пыталась выбросить все это из головы. А затем год назад появилась Крисси. Она сразу же смекнула, в чем дело. Она все время приговаривала: «Яблоко от яблони недалеко падает».
— И тем самым пробуждала твои тайные страхи?
— Да. — Лицо Вики стало белым как мел. — Видимо, да.
— Должно быть, Бэрк был настоящим мерзавцем.
— Пожалуйста, никогда не говори так при Элеанор.
— Слишком поздно. Вчера я уже сказала это.
Виктория скривила губы.
— Вот что ее так сильно расстроило. Это было жестоко с твоей стороны, Фила.
— Я знаю. Мне очень жаль, что я это сделала. Просто, как обычно, пыталась защитить Крисси.
— Как это все неприятно.
— Да, — согласилась Филадельфия. — Неприятно. И я собираюсь после августовского собрания убраться отсюда. В отличие от Крисси и вопреки общему мнению я не вижу особых преимуществ в том, что ты член семьи Каслтон или Лайтфут. Я не намерена здесь задерживаться.
Виктория оценивающе смотрела на нее.
— А что произойдет на августовском собрании?
— Я буду поддерживать Ника, что бы он ни предпринял. Затем я передам акции Дэррену.
— Но это будет слишком поздно, — сказала Виктория. — Нам нужно, чтобы на собрании Хилари была снова выбрана исполнительным директором.
— Мне очень жаль, — произнесла Фила, — но я доверяю Нику больше, чем Хилари. Говоря о доверии…
— Что о доверии?
— Наверное, тебе стоит сказать мужу, что ты доверяешь ему.
— С какой это стати? Он же мне не доверяет.
Филадельфия широко раскрыла глаза.
