— Да, — спокойно согласился я. — Ты не владеешь Уитом. Но в противном случае я мог бы уничтожить твой дом и отнять жизнь, раскрыв твою тайну соседям. Именно этим и занимаются Полукровки.
— Какой-то бред. Зачем?
— Чтобы заставить остальных людей Уита плясать под свою дудку.
— Но что нужно Полукровкам?
— Они хотят власти. А для этого им требуются деньги и люди, готовые выполнять их приказы.
— Все равно я не понимаю, что им нужно.
Я вздохнул.
— Они мечтают о том же, что и другие люди Уита. Хотят спокойно пользоваться своей магией, не опасаясь петли и огня. Они рассчитывают, что их примут и им больше не придется жить, постоянно скрывая свои таланты. Представь себе, что тебя могут убить только за то, что ты умеешь делать амулеты. Ты бы захотела изменить такое положение?
— Но мои амулеты никому не причиняют вреда.
Я внимательно посмотрел ей в лицо.
— Люди Уита тоже.
— Нет, некоторые вредят, — тут же возразила Джинна. — О, не все, конечно. Но когда я была совсем маленькой, моя мать держала двух коз, которые давали молоко. Обе умерли в один и тот же день. А за неделю до этого она отказалась продать одну из них женщине, владеющей Уитом. Как видишь, люди Уита ничем не отличаются от других. Некоторые из них мстительны и жестоки, и они используют свою магию во вред другим.
— Магия Уита работает иначе, Джинна. С тем же успехом я могу сказать, что колдунья вроде тебя может посмотреть на мою ладонь и сделать так, чтобы на ней появилась линия, означающая скорую смерть. Или обвинить тебя в том, что ты взглянула на ладонь моего сына и сказала, что у него короткая линия жизни, и он вскоре умер. Ты виновна в его смерти? Ведь ты лишь сказала, что увидела.
— Ну конечно, нет. Но это — не то же самое, что убить чужих коз.
— Именно об этом я тебе и толкую. Я не могу убить кого-то при помощи Уита.
Джинна склонила голову и посмотрела на меня.
— О, перестань, Том. Твой огромный серый волк убил бы свиней того типа, если бы ты его попросил, не так ли?
Я долго сидел и молчал. Потом мне пришлось ответить.
— Да, наверное, он бы убил. Если бы я был таким человеком, то мог бы использовать своего волка и Уит таким образом. Но я не такой.
Она молчала еще дольше, чем я. Наконец, очень неохотно проговорила:
— Том, ты убил трех человек. И лошадь. Разве это не сидящий в тебе волк? Разве не Уит сделал тебя таким?
Я встал.
— Прощай, Джинна, — сказал я. — Спасибо за доброту. — И я направился к двери.
— Только не уходи так, — взмолилась она.
Я остановился, чувствуя, что на моем лице появилась гримаса.
— Я не знаю другого способа уходить. Зачем ты открыла мне дверь своего дома? — с горечью спросил я. — Почему пыталась навестить, когда я лежал без сознания? С твоей стороны было бы благороднее прямо сказать, что ты обо мне думаешь.
— Я хотела дать тебе шанс, — подавленно ответила она. — Я хотела… я надеялась, что были другие причины, кроме твоего Уита.
Положив руку на засов, я колебался. Мне не хотелось лгать, но я не мог промолчать.
— Конечно, были. Кошелек лорда Голдена. — Я не стал смотреть ей в лицо, чтобы проверить, поверила ли она мне.
Она и так знала слишком много такого, что могло угрожать ее жизни.
Я аккуратно закрыл за собой дверь. На солнце набежали тучи, и тени легли на сразу посеревший снег. Все моментально изменилось — так часто бывает в самом начале весны. Феннел умудрился выскользнуть вслед за мной наружу.
— Тебе лучше вернуться, — сказал я ему. — Здесь становится холодно.
Я вскочил в седло Вороной и развернулся в сторону замка.
— Поехали домой, — сказал я лошади.
Она охотно побежала обратно в стойло, к своей кормушке. Я позволил ей самой выбирать темп и погрузился в размышления о собственной жизни. Вчера я чувствовал обожание Дьютифула. Сегодня — страх и отвращение Джинны. Более того, сегодня я понял, как глубоки предрассудки Джинны относительно людей Уита. Мне казалось, что она принимала меня таким, какой я есть. Однако я ошибался. Она считала меня исключением, но, когда я убил трех человек, ее страхи выбрались наружу. Людям Уита нельзя верить; они используют свою магию во зло. Я вдруг осознал всю глубину ее предубеждений, и меня охватило отчаяние. Но за этим стояло другое. Я получил очередное напоминание о том, что не могу служить Видящим и иметь собственную жизнь.
