Это было прямым доказательством того, что блинчики Веры были бомбой. Было воскресное утро, оба его сына были подростками, сейчас было всего восемь часов утра, но они оба встали с постели.
Лейн откатился назад на скамье для жима, снова ухмыляясь.
* * *
Лейн стоял за домом с мокрыми после душа волосами, одетый в толстые носки, спортивные штаны и свежевыстиранную белую теплую рубашку с длинными рукавами. Он наклонился, чтобы поднять теннисный мячик, который Блонди только что уронила к его ногам, приподнял голову, она медленно отступила назад, вытянула передние лапы, растянувшись, прижавшись грудью к цементному полу патио, виляя хвостом, ее глаза были прикованы к мячику.
Лейн бросил его, и она помчалась за ним.
Затем он выпрямился, повернулся к столу, взял кружку с кофе, дымящуюся на холодном воздухе, отхлебнул и повернулся к Блонди, которая снова бросила теннисный мячик к его ногам. Он повторил свои действия, она убежала, Лейн потянулся к столу, схватил мобильный, открыл.
Пока он слушал гудки, бросил мяч Блонди еще три раза.
Затем он услышал щелчок: «Вы позвонили лейтенанту Гаррету Меррику, я не могу ответить на ваш звонок, оставьте сообщение, и я вам перезвоню».
После звукового сигнала Лейн произнес:
— Мерри. Это Лейн. Позвони мне, когда прослушаешь это сообщение.
Затем он захлопнул телефон, бросил его на стол, наклонился, бросил мяч Блонди и повернулся к столу, чтобы взять свою кружку. Но что-то привлекло его внимание краем глаза, он повернул голову и сквозь раздвижные стеклянные двери увидел, замер.
Рокки спускалась по лестнице.
Прошло десять минут, как он оставил ее в ванной. После того, как он закончил свою тренировку, он отправился в душ, она сушила волосы феном, и когда он вышел из душа, она все еще сушила волосы феном.
Он мог это понять. У его женщины было много волос.
Одевшись, он оставил ее склонившейся над раковиной, накладывающей тушь.
Теперь она с важным видом спускалась по лестнице в обтягивающей темно-коричневой юбке, синем свитере с одним из тех воротников-капюшонов, который классно сидел на Рокки, обтягивая и подчеркивая грудь и показывая декольте, в темно-синих лодочках на высоком тонком каблуке, с закрытым носком и тонким сексуальным ремешком на лодыжке. Ее макияж был полностью идеальным. Волосы были зачесаны назад, и он не мог сказать, чем она закрепила их сзади на этот раз, но подумал, что это пустая трата ее усилий с феном, чтобы потом стянуть волосы зажимом, примерно через две секунды после того, как узнает, что, черт возьми, она задумала, одетая так в воскресенье утром, он снимет этот зажим.
Он схватил телефон и был уже почти у двери, когда Блонди принесла мяч к его ногам. Лейн переложил телефон в руку с кружкой, наклонился, схватил мяч, бросил его, выпрямился, Блонди бросилась за мячом, а Лейн открыл дверь и вошел в дом.
Рокки сейчас уже стояла у кухонного островка, перекладывая свое женское барахло из одной сумочки в другую. Вера стояла у раковины и мыла посуду в этот момент. Его сыновья разбили лагерь на диване перед телевизором, он видел их части тел, но ни их самих.
— Мы обычно не одеваемся так, как ты, чтобы посмотреть игру «Колтс», сладкие щечки, — заметил он после того, как закрыл дверь.
Но она не подняла головы и не посмотрела ему в глаза, когда отвечала, и он понял, почему она не посмотрела ему в глаза.
— Я иду в церковь.
Лейн остановился как вкопанный и почувствовал, как его глаза прищурились. Вера медленно развернулась от раковины, и ее удивленный взгляд упал на Рокки. Головы обоих его мальчиков высунулись из-за дивана.
— Что? — тихо спросил Лейн, но не смог сдержать рокота в своем голосе.
Рокки взяла пудреницу, отвинтив колпачок тюбика блеска для губ, и ее глаза скользнули по Лейну, прежде чем она открыла пудреницу, посмотрела в зеркало пудреницы, повторив:
— Я иду в церковь.
Затем она спокойно провела аппликатором по губам, нанося на них мерцающий персиковый блеск, Лейн молча наблюдал, как она водила аппликатором по губам, задаваясь вопросом — способствует ли счет до десяти успокоению?
Потом он решил — к черту счет.
Подошел к острову и встал в противоположном конце, напротив нее, поставил свою кружку и положил сотовый, спросив:
— Ты идешь в церковь?!
Она причмокнула губами друг о друга, засунула аппликатор в тюбик, защелкнула пудреницу, на этот раз он понял, что ей нужно время, чтобы набраться смелости и встретиться с ним взглядом.
Она встретилась с ним взглядом.
— Да. Я иду в церковь.
— Когда ты в последний раз ходила в церковь? — Тут же спросил Лейн.
Она глубоко вздохнула, пожав плечами.
Именно в этот момент спокойствию Лейна пришел конец.
— Ты не пойдешь в церковь, — твердо заявил он низким голосом.
— Пойду, — так же твердо ответила она немного высоко.
— Нет, Рок, не пойдешь.
— Пойду, Лейн
— Зачем? — резко спросил Лейн.
— Я хочу побывать на службе и пообщаться с паствой, — ответила она, и Лейн услышал, как Трипп и Джаспер рассмеялись, Трипп громче, Джаспер только хихикнул.
