– Это мой отец… – тихо проговорил Ир, стараясь уверить себя в этом.
– Что?
– Это мой отец! Разве ты не слышала его?! Это он!
– Тебе надо поговорить с ним! – Ума перебирала взглядом всех мужчин в зале.
– Может быть, и моя мама здесь! – как и Ума, он искал в толпе женщину, похожую на ту, что изображена на портретах в его поместье.
Ума вспомнила о своей карте и решила еще раз заглянуть в нее:
– Посмотрим, посмотрим… – пробурчала Ума.
– Не стоит терять времени, Ума! – Ир только искоса бросил взгляд на карту и продолжил рассматривать гостей.
– А здесь ты не прав. Ты только посмотри! – на глазах Умы по карте со всех углов поползли краски. Тонкими линиями они соединялись и кружились в танце.
– Ничего не пойму! – Ир попытался понять значения этой карты, но быстро сдался. – Бессмыслица какая-то!
– Все очень логично и вовсе не бессмысленно! – отозвалась Ума. – Ну вот же, посмотри, это династии – звездная, лунная и солнечная. А вот тут – новые семьи, которые только-только образовались.
– Как ты смогла прочесть карту?
– Не знаю, наверное, точно так же, как и ты читаешь карту времени!
– Что это за карта? Я о такой никогда ничего не читал!
– Карта Любви! – Ума восторженно вглядывалась в пергамент, – это ее слова! Смотри, – Ума указала на приближающихся к ним Мунсана и Мунроуз. – Как хорошо, что они в порядке!
– Есть новости? – Мунсан прищурился и с недоумением перебрасывал взгляд то на Уму, то на Ира. – А что это такое с вами?
– Проделки Бала Невест – у тех, кому суждено быть вместе, меняется цвет глаз и становится одинаковым! – объяснение Умы насторожило Мунсана, и он покосился на сестру, чьи глаза тоже выглядели непривычно.
– А мои? А мои перекрасились? – Мунроуз пылала любопытством.
– А твои похожи на пылающие оранжевые угольки! – засмеялась Ума.
– Интересно, а где Син с Поламом? Вы их не видели? – Мунроуз охватило желание увидеть такие же угольки в глазах Сина.
– Даже и не думай! Тем более что междинастийные браки в Грионе, то есть в Грионе прошлого, под запретом. Только, видимо, Ира и Уму это не касается! – отрезал Мунсан.
– Я всего лишь беспокоюсь о них, – Мунроуз обиженно опустила голову.
– Мы встретили отца Ира! – Ума не смогла сдержать слова.
– Друг, прошу тебя, не забывай о нашем долге! – нахмурился Мунсан.
– Тебе легко говорить, твоя семья всегда была с тобой…
– Я не хотел тебя обидеть, но это ни к чему хорошему не приведет!
Прозвенели колокольчики и ознаменовали начало открывающего танца. Невесты трех династий выстроились в три кольца и замерли в ожидании первых нот.
– А вы что стоите, – к Уме и Мунроуз подошла маленькая старушка, – разве ваши наставницы не подготовили вас? – она вздохнула и упрекающим движением подтолкнула невест.
– Подождите… – только и успела вымолвить Ума, как оказалась между девушками звездной династии.
Мягким ветром музыка окутала гостей бала. Невесты скользили по лепесткам колокольчиков. Их ладони источали шелковистое свечение, которое опускалось, преображаясь во множество цветов, указывающих дорогу к женихам. К ногам Ира подкрались рубиновые фиалки.
– И вас тоже учить нужно! – пробурчала старушка и неожиданно крепкой рукой вывела Ира на его путь к Уме. – Ну а ты, – она оглядела Мунсана, – ты приходи на следующий бал. – Мунсан ухмыльнулся от услышанного и продолжил наблюдать за нелепо танцующей Мунроуз. Ее цветы проложили дорожку, далеко уходящую за пределы зала. Она выждала момент, когда Мунсан отвлекся от надзора, и побежала туда, куда ее вели цветы.
Мунсан подошел поближе к пяти тронам, предназначенным для царя и его наследников. Один из них пустовал, а на остальных расположились Эдгарион, Монна, Лиза и Джоконда.
– Мое почтение, – он склонил голову.
– Мунсан-Мунсан, а я знал, что ты далеко пойдешь! Но не ждал тебя так скоро! – лицо царя было лишено эмоций, только хитрый взгляд ощупывал незнакомца. Мунсан бросился бежать.
Феррум встал с трона и приказал князьям схватить незваного гостя:
– За ним!
Мунсан выбежал из зала и оказался на пустой дороге, ведущей к вершине Гриона. Ему ничего не оставалось, как бежать вверх. На бегу он достал из кармана Совершенство Гармонии.
– Услышь меня и открой мне перекрестки… – взмолился Мунсан, и перед ним выстроились его перекрестки. Он увидел, как разговаривает с отцом в карете, как беседует с Умой и Иром после Игр Времени и как смеется в ответ приглашению старушке. Ему хотелось вернуться в Грион, но он знал, что это невозможно. Сделав выбор, которого у него не было, Мунсан оказался на балу, а перед ним вытянулось дряблое старое лицо.
– …следующий бал… – только донеслось до него, он выхватил кружащихся в танце Уму и Ира.
– Нам нужно убираться! Аллегор – это Феррум, с ним и князья! Где Мунроуз? – закричал он.
– Я не вижу ее!
– И я!
– Вон ее дорожка! Скорее!
– Когда же эта дорожка закончится! – Мунроуз слепо следовала по цветам от Бала Невест до покоев Аллегора, пока не наткнулась на Сина.
– Тише! – Син прижимался ухом к двери. Она не сразу поняла его слова, расплылась в улыбке от того, что увидела, как его глаза просияли оранжевыми угольками.
– А что происходит? – Мунроуз тоже прислушалась.
