Мендоса распорядился, чтобы экспедицию Коронадо сопровождала морская флотилия, возглавить которую он попросил своего управляющего Эрнандо де Аларкона. С тремя кораблями – «Сан-Педро», «Санта-Каталина» и «Сан-Габриэль» – тот проплыл до крайней северной точки Калифорнийского залива. Далее он пустился вверх по реке Колорадо, надеясь встретиться с Коронадо. Коронадо он не нашел, но, вероятно, добрался до местоположения Юмы, милях в пятидесяти вглубь материка, прежде чем повернуть обратно. В конце концов он вернулся в Сантьяго (в Колиме), по крайней мере установив, что Калифорния – не остров, как предполагалось до того.
Экспедиция Коронадо выступила в путь 23 февраля 1540 года, радостно, с развевающимися вымпелами и выставленными вверх копьями, с благословения вице-короля Мендосы, который сопровождал экспедицию первые два дня пути. Возле Чьяметлы Саманьего был ранен стрелой в глаз, однако Диего Лопес из Севильи сумел вновь собрать его людей. На этом этапе большую опасность представляли не индейцы, а холод. Так, авангард Хуана де Сальдивара докладывал, что от чрезвычайно низкой температуры у них замерзли насмерть несколько индейцев. Добравшись до Кулиакана, Коронадо решил пойти вперед, взяв с собой Тристана де Арельяно, одного из своих капитанов-дворян (он приходился родственником графу Агиляру и, соответственно, второй жене Кортеса) и пятьдесят верховых, оставив позади основную часть войска под началом Фернандариаса де Сааведры.
Продвигаясь вперед, Коронадо захватил открытый фраем Маркосом де Ниса город Гавайкух, а Педро де Товар и Гарсия Лопес де Карденас – несколько деревень, принадлежавших индейцам моки. Они стали первыми европейцами, увидевшими Большой каньон. Карденас провел несколько дней в поисках спуска вниз, к реке, которая сверху казалась не более шести футов шириной, однако, когда они все же спустились на дно каньона, выяснилось, что ее берега разделяло целых пол-лиги.
Три дня спустя Пабло де Мельгоса вместе с Хуаном Гальего и еще одним испанцем, одним из самых легких и проворных из их людей, сделали попытку спуститься в наименее трудном месте, и
Основной корпус армии до зимы двигался вперед по долине Рио-Гранде, находясь на землях племени тижу (тигекс). По пути они миновали Чичильтикале, откуда, по словам Коронадо, «начиналась дикая местность». Испанцы ожидали, что этот город окажется одним из волшебных городов Сиболы – но оказалось, что он состоит из «полуразвалившихся домов из красной глины» без крыш.
Весной 1541 года армия Коронадо выступила к городу Сибола – туда, где его предполагалось найти. Когда они прибыли на место, за командующего остался Мельчор Диас, поскольку Хуану Гальего необходимо было вернуться в Мехико с докладом вице-королю. Было решено, что фрай Маркос де Ниса и Тристан де Арельяно останутся в городе Сеньора с наиболее ослабленными из людей, а Мельчор Диас, взяв с собой двадцать пять сильных и опытных солдат, отправился разведывать лежащие впереди территории, где оказалось невероятно холодно. Говорили, что там водились великаны, сотня которых, молодые и старые, спали все вместе в одной большой хижине, и каждый, передвигаясь, носил с собой
Коронадо выслал туда небольшой отряд во главе с Педро де Товаром и фраем Хуаном де Падилья. Туземцы предложили им подарки – медь, ткани, выделанные шкуры, кедровые орехи и мозаики из бирюзы, «но не очень много». Судя по всему, управлял городом совет старейшин. Испанцы нашли его очень бедным и маленьким: это была не более чем «тесная деревушка из маленьких домиков без дворов, лепящихся один к другому», которые выглядели так, словно их свалили в одну кучу. «Таковы были проклятья, изрыгаемые некоторыми в адрес фрая Маркоса де Ниса, что я молю Бога, чтобы Он защитил его от них», – писал фрай Хуан де Падилья и добавлял: «По правде говоря, я не знаю, зачем мы пришли сюда». Правда, здесь нашлось немного съестных припасов, которые испанцы захватили, и здесь были также около 200 туземных воинов, которые никак этому не препятствовали.
