Ещё о Боге можно говорить,И о политике, и об искусстве.— А вот о том, что страшно в жизни жить,О пустоте, ненужности и грусти,О сыне и о тишине лесной,О том, что много холода и злобы,О нас двоих, и о себе одной —И некому, и незачем, должно быть.
20. VI.32
<p><strong>ЧТО С НАМИ БУДЕТ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ ЛЕТ (Ответ на анкету)</strong></p>Всё, как было, так и будет,Ровное для всех:Где-то втайне — вопль о чуде,А наружно — смех.Те же жалобы и слезы,И нужда, и страх.Лишь, пожалуй, меньше позы,Да огня в глазах.А на небе те же тучи,В жизни тот же бред.И ничто не станет лучшеЧерез десять лет.
22. VI.32
<p><strong>Тишина («Я не забуду дымных зданий…»)</strong></p>Я не забуду дымных зданий,Больших нагромождённых лет,Ни тёмных встреч, ни расставанийЯ здесь не позабуду, нет.Я говорю, что не покину,Не променяю никогдаНа эту тихую равнинуМятущиеся города.Но потаённым знаньем знаю,Себе безмолвно говорю,Что жадно я в себя вбираюГустую, тихую зарю.Пусть суета проходит мимо,А дни по-новому полныПочти до боли ощутимойС ума сводящей тишины.И больше ничего не надо —Ни встреч, ни жалоб, ни стихов,Когда в траве высокой садаМелькают зонтики цветов.Когда в кустах белеют розы,И так безмолвны вечера,И запах тёплого навозаЛетит с соседнего двора.Когда стихает голос ветра,И дышит пьяная земля,Когда на много километров —Одни пшеничные поля.
19. VI.32.Бужеле
<p><strong>Ветер</strong></p><p><strong>I. «Навеки: вот эти обои…»</strong></p>
Е. А. Голенищевой-Кутузовой
Навеки: вот эти обои,Тарелки на круглом столе,И небо — такое седое —Над ширью несжатых полей.За садом — мычанье коровы,И в дымчатых тучах закат,А крики мальчишек в столовойИз мира иного звучат.Рассеянность в каждом ответе,Удушливый дым папиросДа ветер, озлобленный ветер,Как с цепи сорвавшийся пёс.<p><strong>II. «Все эти дни беспутный ветер…»</strong></p>Все эти дни беспутный ветерШумел в саду, шумел в полях.Взметались ветки, словно плети,И зябла старая земля…Сидели дома, толковалиВсё об одном: да что, да как?..И заволакивались далиВ сырой, вечерний полумрак.Должно быть, стал совсем несносенИ тихий сад, и тихий дом.И дым от крепкой папиросыВисел, как ладан, над столом.За эти дни покрылись лицаНепоправимой белизной.А в поле тихая пшеницаКазаться стала золотой.И над жестоким расставаньем, —Над грудой равнодушных дел, —Над человеческим страданьем —Холодный ветер свирепел.
28. VII.32
<p><strong>В деревне(«Пробежимся со мной до Распятья…»)</strong></p>
