В тяжёлом сгустившемся мраке,На тёмном пустынном дворе,О чём они знают, — собаки?Что видят они в конуре?Мне страшно, мне тесно, мне скучноОт мыслей, желаний и слёз,А там, на дворе — неотлучноЛохматый, взъерошенный пёс.Приподняты чуткие уши,По-волчьи сверкают глаза…И снова мне тесно и душноВ бессильных, безвольных слезах.И хочется крикнуть: «Мне больно!Я долго, я страшно больна!»Над чёрной, ночной колокольнейБлестит неживая луна.И первым раскатистым лаемМне вторит бессонная ночь…Я слабая, глупая, злая,И кто мне посмеет помочь?Я вижу, как длинные тениТрепещут под белой стеной.Я знаю: ползёт по ступенямБезликий — жестокий — чужой.Он может смеяться беззвучно,Пройти сквозь закрытую дверь.И снова мне страшно, мне скучноОт невыразимых потерь!Молчанье, пустое молчанье.Тяжёлый, бесформенный мрак.И тяжко — глухое рычаньеКого-то узнавших собак.
10. VIII.33
<p><strong>«Я пишу не стихи, а стишки…»</strong></p>Я пишу не стихи, а стишки,Равнодушно-бездарно-пустые.Мои замыслы не глубоки,По ночам мне не снится Россия.Я о Боге не спорю ни с кем,Никому не бросаю проклятий.Я одна в своей мёртвой тоске,В тесном круге наивных понятий.Я высоких идей не несу,Не гонюсь за возвышенной целью.Я коплю только медные су,Да пустые, как счастье, недели.Жизнь моя так пошла и смешна(Только всё не могу умирать я)И такой я давно не нужна,Как помятое, старое платье.
30. IX.33
<p><strong>«Мы давно потеряли дорогу…»</strong></p>Мы давно потеряли дорогуК напряжённой и призрачной цели.Мы не верили детскому Богу,А другого найти не сумели.Мы совсем перестали смеятьсяИ любить непонятное небо.Видишь: нервно-сведённые пальцыИщут корку тяжёлого хлеба.Мы не ждём сокровенного чудаИ давно разучились молиться.И глядят, и томят отовсюдуРавнодушные, скучные лица.В этом мире огромных свершений,В мире неповторимых созвучий.Кто нам тихого Бога заменит?Кто нас детскому счастью научит?
9. X.33
<p><strong>«Всё брошено и ничего не жаль…»</strong></p>Всё брошено и ничего не жаль.Всё отнято — и «ничего не надо».Ползёт на жизнь тончайшая печаль,Как тишина из дремлющего сада.Проходит день в спокойном полусне, —Больной, уже заранее уставший.И где-то там, в последней глубине,Бессмысленный вопрос: «А что же дальше?»Не хочется ни правды, ни тепла,Ни счастья, ни свободы, ни удачи.Ведь жизнь меня обидно обошла,И я в ней больше ничего не значу.
17. II.34. Питье (Госпиталь)
<p><strong>«Будет день — мы уйдём и забудем…»</strong></p>
