От женских слёз — до нежности мужской,От слов тоски — до исступлённой страсти.Не трудно утешать в беде большойСловами одиночества и счастья.Но трудно даже помогать в борьбеХорошим, умным и спокойным словом.Ты дал мне столько нежности суровойЗа все стихи и слёзы о тебе.Но — если грозы напряжённой стаейДавно уж пронеслись над головой?Но — если жизнь, бессмысленно-пустая,Плывёт без драм, без бурь, без ничего?Ты жизнь прошёл — дорога — то большая!Всё жадно чувствуя, всё замечая,И не увидел сердца моего.
6. V.38
<p><strong>«Я хочу человеческой жалости…»</strong></p>Я хочу человеческой жалости,Хоть немножко чужого тепла.Я заплакать могу от усталости(Я которую ночь не спала!)Мне не стыдно признаться в бессилии,В неудачах во всём и везде.Всё равно: и не вырастут крылья,И рука не окрепнет в труде.Всё равно: ничего не изменится,Всё, как было, везде и всегда.Доживу добровольною пленницейБесполезно-пустые года.И в тоске по ненужной свободе,По каким-то забытым словам,Жизнь уходит, уходит, уходит…
16. VI.38
<p><strong>ОКНО В СТОЛОВОЙ («Снова — ночь. И лето снова…»)</strong></p>Снова — ночь. И лето снова(Сколько грустных лет!).Я в накуренной столовойПотушила свет.Папироса. Пламя спички.Мрак и тишина.И покорно, по привычкеВстала у окна.Сколько здесь минут усталыхМолча протекло!Сколько боли отражалоТёмное стекло.Сколько слов и строчек чётких,И ночей без снаУмирало у решёткиЭтого окна…В отдаленье — гул Парижа,(По ночам — слышней).Я ведь только мир и вижу,Что в моём окне.Вижу улицу ночную,Скучные дома,Жизнь бесцветную, пустую,Как и я сама.И когда тоски суровойМне не превозмочь,Я люблю окно в столовой,Тишину и ночь.Прислонясь к оконной рамеВ темноте ночной,Бестолковыми стихамиГоворю с тобой.И всегда тепло и простоОтвечают мнеНаши камни, наши звёздыИ цветы в окне.
26. VI.38
<p><strong>«Ещё госпиталь снится ночами…»</strong></p>Ещё госпиталь снится ночами,Ещё дома, как будто в гостях.Непривычно и странно вначале…И усталость… Но это пустяк.Напряжённые слухи. Газеты.Разговоры о близкой войне.И тревога, сверлящая где-то,И бессилье, как будто во сне…И, сплетая привычные строфы,Смутно чувствуя в хаосе тьмыПриближенье большой катастрофыИ, быть может, — последней зимы…Я брожу по осеннему парку,Разгоняя ненужную грусть.Жду письма со швейцарскою маркойИ уже ничего не боюсь.
26. II.38
<p><strong>«Я уж не так молода, чтобы ехать в Россию…»</strong></p>
