Когда карьера Рича в баскетболе закончилась, он перешел в мир журналистики и стал главным редактором нескольких успешных нью-йоркских журналов. Из-за маленького штата редакторам, авторам, дизайнерам и фотографам приходилось по многу часов трудиться, чтобы создать контент и подготовить журнал к печати. Этот бизнес выматывает: только выходит один номер, как перед вами появляются новые дедлайны. Рич понял, что такие требования превращают творческую работу в круговорот, и персонал постоянно куда-то спешит, а не наслаждается процессом творения. И у него появилась идея: через день-другой после сдачи номера в печать он собирает сотрудников в комнате для совещаний и устраивает вечеринку. Ничего особенного: сегодня пицца, через месяц сэндвичи.
На таких мероприятиях Рич отдает должное событию: «Мне хочется, чтобы люди понимали, чего достигли. Ты создал журнал! Не каждый на такое способен. Это огромная работа. За тридцать дней до этого мы поставили цель – сдать журнал, и мы ее выполнили. И перед тем как ставить новую цель, я хочу, чтобы все расслабились и отпраздновали нашу общую победу».
Смысл таких праздников в том, что они заставляют всех нас – пловцов и журналистов, тренеров и издателей – понимать, что наши усилия не пропадают зря. В них есть значение, смысл. Эта мысль будет толкать нас к выполнению следующей сверхзадачи.
Для завершения нашего движения к сверхзадаче важнейшее значение имеет не только празднование, но и ответ на неизбежный вопрос: «Что дальше?» Как только вы что-то завершаете – приходите к финишу на Бостонском марафоне, стан
Конечно, метод делает акцент на процессе, а не результатах. Однако в конечном итоге результат появится, а значит, вам понадобится следующая большая цель, в которую вы вольете всю свою страсть. При этом нельзя забывать, что подумать заранее – не значит зациклиться. В пылу плей-офф тренеры часто говорят: «Не будем торопить события и заглядывать вперед». Такие слова действительно отражают логику финального рывка к цели. Но до этого, в процессе подготовки и в менее напряженных условиях, нужно подумать о будущем. Благодаря этому у вас появится определенная свобода, чтобы посеять семена, которые расцветут, когда придет их время.
Я так ценю этот совет в основном потому, что мне его, к сожалению, не дали до того, как я столкнулся с самым большим вызовом в моей тренерской карьере.
Как вы уже знаете, когда Майкл завоевал в Пекине восемь золотых медалей, у нас было несколько трудных месяцев. Мы пытались придумать, как превзойти такое достижение. Послепекинский период вообще сказался на наших отношениях. Часть вины можно смело свалить на Майкла: он обязался выступить в Лондоне в 2012 году, но два с лишним года ему недоставало мотивации и желания тренироваться как следует. Его безразличное отношение к работе меня все больше нервировало. В результате мы неделями не разговаривали друг с другом, а если и разговаривали, то едко и немногословно. В конце концов Майкл изменил настрой, и мы выбрались из неприятностей, но я больше не позволю спортсмену так ко мне относиться – и пропади пропадом медали и рекорды.
И все же некоторые психологические шрамы я нанес себе сам. Их корни уходили к периоду подготовки к пекинской Олимпиаде: именно тогда я не смог заглянуть дальше 2008 года и подумать, какие новые приоритеты поставить, когда исторический урожай золота будет собран. Свою ошибку я осознал лишь задним числом.
Произошло вот что. С 2004 по 2008 год я настолько сосредоточил внимание на Майкле и его планах, что совсем перестал заниматься собственными умениями и способностями. Конечно, у меня тоже была сверхзадача. Я хотел вырастить из Майкла олимпийского героя. Здесь все было как надо: такова работа тренера. Неправильно было то, что, толкая Майкла к совершенству, я не уделил времени Бобу Боуману как человеку.
