Я думаю, из всех этих историй видно, как много я думаю о своих спортсменах, о возможности формировать их жизни и мечты. В период подготовки к предстоящим Олимпийским играм я работал с лучшими в мире пловцами. Среди них – Янник Аньель, Ус Меллули и Мэтт Маклин. Как обычно бывает, отношения развиваются, созревают и достигают пика. В середине пути Янник, Ус и Мэтт решили покинуть наш клуб и изменить траекторию, которая в идеале так или иначе приведет их к Олимпиаде. Когда они говорили мне о своем решении, мы пожали руки и пообещали встретиться – и помериться силами.
Другие члены команды мечты продолжают работать со мной над своими сверхзадачами. Они корректируют планы игры, пересматривают цели, выкладываются по полной, помогают себе и товарищам по команде действовать на высочайшем уровне. Том Лаксингер, Лотте Фрийс и Чейз Калиш долго занимаются спортом и прекрасно знают, что никакой тяжелый труд и вложенные силы не гарантируют места на подиуме. Но, по многу часов каждый день работая друг с другом, они понимают, что само стремление к цели дает очень много. Лотте уже получила награду за свои исключительные усилия: в ноябре 2015 года она в третий раз вошла в олимпийскую сборную Дании и едет в Рио-де-Жанейро. Что касается Тома и Чейза, им придется подождать: шанс войти в сборную США они получат на отборочном турнире в июне 2016 года. Но я знаю одно: независимо от результатов, они оба заслужили успех и тег #deservesuccess.
Теперь я работаю в Аризоне, но за одним спортсменом внимательно присматриваю издалека. Джессика Лонг осталась в Балтиморе и тренируется с группой очень талантливых паралимпийских пловцов. С тех пор как она подошла ко мне по поводу перехода в North Baltimore, мы оба понимали, насколько амбициозна ее сверхзадача – заработать место в олимпийской сборной США. Она очень продвинулась к достижению этой цели, но ей предстоит еще очень много сделать. И несмотря на это, она не отказалась от своей мечты. «Я хочу попасть в сборную и не перестану верить, что у меня получится», – призналась она недавно моему другу. Поверьте мне: я сделаю все, что в моих силах, чтобы ее желание сбылось, даже если нас разделяет 3700 километров.
Еще есть Эллисон Шмитт, которую я знаю больше других просто потому, что мы вместе уже очень давно. Я видел, как она растет и как спортсменка, и как личность. В 2016 год, год Олимпиады, она входит с большими успехами за плечами. Эллисон дебютировала на Олимпийских играх в Пекине в восемнадцать лет и завоевала медаль, хотя мы планировали просто поучаствовать и заработать опыт на будущее. Спустя четыре года, в Лондоне, она прошлась ураганом и завоевала пять медалей.
Но летом 2016 года Эллисон будет двадцать шесть лет. Как ни грустно, некоторые считают это большим возрастом для пловца. Чтобы попасть в Рио-де-Жанейро, Эллисон придется помериться силами с более молодыми соперниками, которые не меньше ее хотят попасть в заветный список.
Ей придется победить не только в спорте.
В мае 2015 года, почти через три года после ее славного выступления в Лондоне и всего за четырнадцать месяцев до Игр в Рио, Эллисон публично призналась, что в годы после успеха на Олимпиаде 2012 года ее преследовала депрессия. Если вы знаете Эллисон – а к этому времени должны, – такое заявление может показаться непостижимым. Это девушка с негаснущей улыбкой, она излучает теплоту и радость даже в самые мрачные дни. Мне сложно вспомнить, чтобы за десять лет наших тренировок она меня радостно не приветствовала.
Оказывается, улыбка лишь скрывала тоску, которую Эллисон испытывала после лондонского триумфа.
Однажды в «Медоубруке» Эллисон призналась: «В минуты побед я была на седьмом небе. Но при этом мне кажется, что я не была по-настоящему готова к реакции на это моих друзей, родных, всего общества. Она оказалась слишком сильной». Конечно, выдержать сложно. Важно не только отпраздновать достижение, но и не дать эйфории затянуться. Человеку надо вернуться в нормальный ритм жизни. Так поступила и Эллисон. Однако годы после Лондона оказались для нее непростыми. У нее не получалось повторить успех. Мы с ней искали причину – изъяны в стиле, неспособность сосредоточиться на предстоящем заплыве, – и в этом отношении преуспели. Но, как оказалось, тренер может увидеть не все.
«Может быть, все началось из-за депрессии после Олимпиады и потом стало только хуже, – рассказывала Шмитти репортеру из Associated Press. – Или, может быть, я стала плавать не так хорошо, как хотелось бы. Я не знаю, в чем причина, но это ощущение мне не нравилось. Мне кажется, его можно было подавить, выгнать, но самой мне было не справиться».
