К чести Эллисон, она искала поддержку, а затем поделилась своей историей с общественностью. После этого она начала замечать, что возвращается в форму. Как я говорил выше, всего через несколько месяцев после ее признания она выиграла четыре золотые медали на Панамериканских играх 2015 года. Эти соревнования, конечно, не такие престижные, как чемпионат мира или Олимпийские игры, но для Эллисон это был хороший показатель. Еще важнее то, что она надеется, что ее история поможет другим спортсменам справиться с чувствами и новыми требованиями, которые сопутствуют успеху.
Борьба Эллисон напоминает о хрупкости молодости. Как тренер с почти тридцатилетним стажем, я могу понять ее желание толкать молодых спортсменов к идеалу. Хочется, чтобы они извлекли из своего таланта все, что могут. Но еще я стал понимать, что совершенства нельзя добиваться любой ценой. Да, я хочу, чтобы мои спортсмены достигали всего, чего хотят, а для этого бывает нужно ставить очень отдаленные цели. Но я хочу, чтобы, стремясь к будущему, они не забывали учиться на настоящем, извлекать уроки, которые помогут им вдали от соревнований, аплодисментов. Я хочу, чтобы спортсмены чувствовали радость в обычных делах. Они дают не меньше удовольствия, чем любые грядущие достижения.
Однажды, сразу после того, как Майкл объявил о возвращении в спорт и желании побороться за место на Олимпиаде 2016 года, один репортер попытался выудить из меня сенсацию и упорно спрашивал о целях Майкла.
– В каких дисциплинах Майкл планирует выступить в Рио? Какие рекорды он собирается побить?
– Не могу вам сказать. Мы никогда не сообщали прессе о его целях и не будем нарушать это правило.
Здесь я тоже буду придерживаться этого обещания, по крайней мере, когда речь заходит о плавании. Но одной целью, которую я поставил перед Майклом, я хочу поделиться. Она не имеет ничего общего с бассейнами, мировыми рекордами и золотыми медалями. Речь идет о будущем, когда заплывы действительно подойдут к концу.
Как вы знаете, я думал, что Майкл покончил с соревнованиями еще в 2012 году, когда августовским вечером вышел из лондонского олимпийского бассейна. Он сказал мне и всему миру, что уходит на покой, и я, конечно, был готов поверить, что он отправился к новым горизонтам.
Оказалось, что это не так. Да, он нашел для себя гольф, но не нашел удовлетворения.
На этих страницах я попытался поделиться некоторыми славными моментами, которые мы с Майклом пережили вместе. Я уверен, что каждая его победа – это доказательство и природных способностей, и ценности метода. Еще я попытался показать, как справлялся с ситуациями, в которых Майкл, как бы сказать, садился в лужу. Несомненно, в его жизни полно серьезных просчетов и опрометчивых решений: вождение в состоянии опьянения в девятнадцать лет, фотография в 2009 году с бонгом для марихуаны, которая облетела газеты и журналы во всем мире, еще один арест за вождение в нетрезвом виде в 2014 году и сорок пять дней в реабилитационном центре.
Каждый раз появляется искушение сказать, что Майкл за пределами бассейна недисциплинирован, а виноваты в этом близкие, и я в том числе, которые ему потакают. Карен Круз – спортивный журналист New York Times – после случая 2014 года писала: «За недостойное поведение Фелпса в эти годы во многом отвечает попустительство людей, которые вложились в него и его достижения».
Я не согласен с оценкой Карен и сказал ей об этом. Я и многие доверенные люди долго старались подготовить Майкла к продолжению карьеры после ухода из спорта. Например, мы работали над развитием школы плавания и многими благотворительными начинаниями. Но, как оказалось, Майкл был просто не готов к новой фазе жизни. Думаю, после Лондона он вообще не хотел как-то упорядочивать свою жизнь и попытался как можно дальше уйти от невероятно жесткого графика, по которому жил столько лет. Ему хотелось такой свободы, с которой не каждый человек справится.
Майкл тоже ей захлебнулся, и серьезные промахи тому свидетельство.
К его чести, он смог принять мудрое решение и обратился за помощью. Как друг, я всегда рядом и готов протянуть ему руку.
Сейчас Майкл занят подготовкой к отборочному турниру в олимпийскую сборную США и переехал со мной в Аризону. Он, как всегда, тяжело трудится, следует методу и надеется прийти к цели – очень хорошим результатам в Рио-де-Жанейро. Не думаю, что он вернулся в большой спорт из-за скуки или потому, что ему больше нечем заняться. Мне кажется, у него просто остались неоконченные дела в бассейне и он хочет их завершить. Перед ним стоят серьезные задачи (я не вправе о них рассказывать), и, если он их выполнит, репутация величайшего олимпийца всех времен и народов только укрепится. Я постараюсь, чтобы это было так.
