– О нашей Пегги?! – спросил Джефф у Райдера.
– Забыл тебе сказать. Похитители сделали заявление агентствам Ассошиэйтед Пресс и Рейтер. Никаких угроз, только описание украденных материалов и имена людей, захваченных в заложники. Сообщение об этом будет передаваться в одиннадцать вечера. – Сержант посмотрел на часы. – Через полчаса. Я не хотел, чтобы твоя сестра испытала потрясение, услышав о похищении матери по телевидению или радио. Майор Данн любезно обещал обо всем позаботиться.
Джефф перевел взгляд с одного мужчины на другого и сказал:
– Это, конечно, только предположение, но вы не думали о том, что Пегги может оказаться в опасности?
– Во-первых, это только предположение, во-вторых, мы думали об этом. – Ответы Данна всегда отличались исчерпывающей точностью. – Об этом тоже позаботились. – Он уставился на автоматы в руке Райдера. – Поздновато ходить по магазинам.
– Мы позаимствовали их у нашего приятеля Донахью.
– Ага. Ну и как он?
– Пока без сознания. Собственно, это не сильно отличается от его обычного состояния. Он ударился головой о приклад автомата.
Данн просиял:
– Какая жалость! У вас были причины забирать эти автоматы? Какие-нибудь особенные причины?
– В общем, да. Это же автоматы Калашникова. Русские. Надо связаться с Вашингтоном, с группой контроля по импорту, и выяснить, есть ли разрешение на ввоз подобных автоматов. Я в этом очень сомневаюсь. Русские любят продавать оружие тем, кто готов заплатить звонкой монетой, но даже они не станут торговать своим самым совершенным оружием.
– Значит, незаконное владение? Тогда ему грозит стать бывшим начальником полиции.
– Независимо от этого он все равно вскоре станет бывшим.
– Может, он коммунист?
– Маловероятно. Хотя, думаю, он из тех, кто готов обратиться в любую веру, лишь бы хорошо заплатили.
– Мне бы тоже хотелось иметь такой автомат.
– Извините, но что нами найдено, то наше. Вы готовы подтвердить в суде, что помогли нам вторгнуться в чужое жилище? Да не хмурьтесь же. Джефф приготовил для вас подарок.
Джефф выложил на стол пачку банкнот.
– Ровно десять тысяч долларов. Все ваши. Джефф, сколько здесь новеньких двухдолларовых банкнот с последовательными номерами?
– Сорок.
– Манна небесная! – с благоговением воскликнул Данн. – У меня уже завтра к полудню будут название банка и фамилии кассира и трассанта. Жаль, что вы не смогли выяснить фамилию трассанта.
– Я же говорил вам: Донахью отключился. Вернусь к нему позже и спрошу обо всем.
– Тем же способом? Не искушайте судьбу, сержант.
– Все это ерунда. Я имею несчастье знать Донахью дольше, чем вы. Этот человек хулиган. Считается, что все хулиганы – трусы. Это не вполне соответствует истине, но в данном случае именно так. Взгляните только на его лицо – кошмар какой-то, но другого у него нет, и, надеюсь, он дорожит им. Он видел, что произошло сегодня ночью с лицом его соратника.
– Гм. – Мимолетная радость на лице Данна сменилась хмуростью, но не из-за того, что сказал Райдер. Он постучал пальцем по пачке банкнот. – А вот это? Как я объясню их появление? В смысле, как они попали ко мне в руки?
– Да-а. – На сей раз нахмурился Джефф. – Я как-то не подумал.
– Очень просто, – сказал Райдер. – Донахью отдал их вам.
– Что-что?
– Несмотря на то что у него хранится с полмиллиона неправедных денег под семью или восьмью чужими именами, мы все знаем, что в целом это честный, порядочный, глубоко преданный делу человек, поддерживающий правопорядок и безжалостно расправляющийся со взяточничеством и коррупцией, где бы она ни поднимала свою отвратительную голову. С ним связался преступный синдикат, ответственный за налет на Сан-Руфино, и предложил деньги в обмен на подробную информацию о шагах, предпринимаемых властями штата и федеральными организациями при расследовании дела. Вы вместе с ним разработали план, цель которого – путем ложной информации сбить негодяев с толку. Естественно, он передал вам эти грязные деньги на сохранение. Вы восхищаетесь неподкупностью и порядочностью этого человека.
– Гениально, но вы упустили из виду главное. Он может попросту все отрицать.
– Учитывая, что на всех банкнотах, и особенно на новых, есть отпечатки его пальцев? Ему придется либо придерживаться моей версии, либо признаться, что банкноты хранились у него дома. В таком случае перед ним встанет трудная задача – объяснить, как деньги попали к нему. Как вы думаете, на чем он остановится?
– Вы невероятно изобретательны, – с восхищением признал Данн.
– Вор вора скорее поймает, – улыбнулся Райдер. – И еще две вещи, майор. Во-первых, когда вы или кто-то другой будете передавать эти банкноты, не касайтесь их верхнего правого угла. Там отпечатки пальцев, особенно на двухдолларовых купюрах.
Данн посмотрел на деньги.
– Здесь примерно две тысячи банкнот, – сказал он. – Вы хотите, чтобы я проверил их все на отпечатки пальцев?
– Вы или кто-нибудь другой.
– Ладно. А во-вторых?
– У вас здесь есть наборы для снятия отпечатков?
– Сколько угодно. А зачем вам?
– Да так просто, – неопределенно выразился Райдер. – Никогда не знаешь, что может понадобиться.
