Затем, снова кидая взгляд на разодетых гостей, узнавая половину из них, он со стоном развернулся, и сам не понимая как, стал просто сбегать вниз. Нужно просто отдышаться, и он сделает это. Он сможет. Просто, ещё пару минут. Только и всего… Громов неловко споткнулся, и правый ботинок слетел с его ноги. Мужчина остановился и оглянулся, глядя на него, одиноко лежащего на ступеньке.
— Серьёзно? — скривился Алексей. Оставалось только горько усмехнуться, — да
уж…
Он протянул руку, желая поднять ботинок, но плечо резко заныло и в этот момент не смог наклониться, а когда поднял взгляд на крыльцо, то увидел её. Девушка была прекрасна в своём наряде, и в блеске вечерних огней показалась ему сказочной принцессой. Громов забыл и о спине, и о недавних сомнениях, глядя, как София спускалась к нему, придерживая сверкающий подол платья. Она остановилась на пару ступенек выше, легко подняла его ботинок, и улыбнулась:
— Ещё нет двенадцати.
Алексей покачал головой и усмехнулся.
— Решил, что можешь сбежать от меня? — София подошла к нему ближе.
— Никогда, — тихо ответил Громов.
— Иначе, мне пришлось бы бродить по свету и примерять эту туфельку от «Testoni», на каждого симпатичного мужчину, — вздохнула девушка.
— Думаю, это бы заняло много времени… — отозвался Алексей, глядя на лицо Софии.
Сейчас совсем расхотелось идти, куда бы то ни было, он желал просто стоять рядом с нею.
— Я не так глупа, как сказочный принц, Алексей, — заявила София, — ему бы стоило посмотреть в глаза своей возлюбленной, а не на её ногу. Он столько времени потратил зря…
— Трудно не согласиться, — усмехнулся Громов.
— Что же мне делать с этой туфелькой? — приподняла светлую бровь девушка, покачивая ботинком на своих пальцах.
— Кажется, она будет впору мне, — подыграл ей Алексей.
— Сейчас я должна внимательно посмотреть на тебя… — София сощурилась, изучая лицо своего спутника, — заметить, что ты очень красив, и заявить…
— Что же? — деланно удивился молодой человек, сдерживая улыбку.
— Позвольте вашу ножку, сударь!
София элегантно присела рядом с Алексеем, и платье сверкающей волной легло вокруг неё. Она надела на ногу мужчины ботинок и тут же прижала обе ладони к своему лицу, изображая изумление и восторг:
— Туфелька точь-в-точь по ноге, а нога — по туфельке!
— Не может быть… Что же, вы меня раскрыли, моя прекрасная принцесса, — Алексей протянул Софии руку и помог подняться.
— Теперь, когда я нашла тебя, больше не смей исчезать и сомневаться, — свежий ветер подхватил её серебристые волосы, осыпая прядями открытые плечи девушки.
— Никогда, — молодой человек легко провёл пальцами по её прохладной щеке. — Даже если твоя карета превратится в тыкву! — заявила София.
— Даже если так, — Громов мягко коснулся её губ поцелуем.
— Даже… — дыхание девушки сбилось от этой ласки, и она уже забыла, что хотела сказать, — даже если… что там ещё было?
— Мой водитель должен был превратиться в крысу, — он снова поцеловал Софию, — а я в бомжа и перебирать фасоль…
— Даже если и так, — она подалась вперёд и обняла Алексея за шею, — даже если так!
— И? — Громов улыбнулся, поднял своё сокровище на руки и не спеша стал подниматься по ступенькам, — что если так?
— Я буду перебирать её вместе с тобой…
Сегодня за окном было особенно тихо. Словно мягкий снег, идущий с самого утра, приглушал все звуки своим искрящимся покрывалом. Он пальцами отодвинул манжет рубашки и посмотрел на часы. Губы Громова тронула лёгкая улыбка. Осталось совсем немного… Его мысли были прерваны зазвонившим телефоном. Алексей поднёс мобильник к уху, продолжая смотреть в окно.
— Лё-ёш! — раздался голос Натальи.
— Да? — улыбнулся Громов.
— Соскучился?
— Ещё как. Отец не звонил?
— Задерживается, — вздохнула мачеха, — обещал успеть до десяти вечера.
— Не волнуйся. Раз обещал, то так и будет, — успокоил её Алексей.
— Лё-ёш!
— М-м?
— Заберёшь девочек из театра? У Сергея Михайловича зуб режется, настроение у нас испортилось… мне из дома никак! — вздохнула Наталья.
— Я заберу, адрес говори, — усмехнулся Громов, — Сергею Михайловичу привет передавай.
Он потянулся за ручкой и быстро записал нужную информацию на листке. Едва убрал телефон, как дверь кабинета приоткрылась, и к нему заглянула помощница, поправляя тонкую оправу очков:
— Алексей Михайлович, наконец, удалось связаться. Встреча на восьмое января подтверждена.
— Спасибо, — Алексей поднялся с кресла, и оно привычно скрипнуло кожаной обивкой, — на сегодня вы свободны. С Наступающим…
— С Наступающим, — сверкнула улыбкой секретарь, и тихо прикрыла дверь, торопясь домой.
Он тоже не собирался задерживаться. Громов подхватил свой пиджак, до этого брошенный на спинку кресла. Оно качнулось от действий молодого человека, и теперь не загораживало солнце, позволяя его лучам скользнуть по столу.
Алексей тихо усмехнулся, застёгивая пуговицы и глядя, как пафосно сверкнула на самом краю прозрачная табличка, с простыми лаконичными буквами. До сих пор было странно видеть на ней своё имя. Громов накинул пальто, проверил, есть ли в кармане перчатки, и вышел из собственного кабинета.
