Я благосклонно кивнула и тут же почувствовала, как распадается прическа на голове – Велье добрался до волос, тихо что-то бурча себе под нос.
Спустя почти полтора часа колдовства и один фильм о прекрасной Бриджет Джонс я услышала волшебное “Можешь посмотреть” и узрела себя в зеркале. Тогда-то и поняла, что значит фраза “Женщина – это тайна, покрытая макияжем”… Узнать меня было сложно, хоть и вполне возможно. Я стала красивее и элегантней, загадочнее и привлекательней. Смоки айс придал глазам пленительную притягательность, нос будто стал уже, губы ярче и сочнее, на идеальной коже не осталось ни единой морщинки… Волосы, поначалу скрученные в тугие пряди, теперь были распущены по плечам с легкой небрежностью, подчеркивая женственность и придавая хрупкости силуэту.
Это была все та же я. И в то же время, совсем другая девушка – более воздушная, уверенная в себе и хищная, что ли…
– Ну? – нетерпеливо подал голос Андрей. – Что молчишь, привереда?
– Я в шоке, – призналась, поднимая руку, но не смея коснуться лица. – Ты просто волшебник. Очень круто. Очень!
Он удовлетворенно хмыкнул и куда-то убежал, не дослушав дифирамбы в свой адрес.
Я обернулась и уткнулась взглядом в Эскина. Тот стоял напротив и смотрел на меня с таким восхищением, что даже немного смутилась.
– Прелесть, – наконец выдохнул Данила. – Кир, ну вроде не сильно что-то поменяли, а выглядишь уже не помощницей короля, а королевой.
– Так может, ну его, Гарика? – кокетливо улыбнулась я, скрывая за шутками легкое смущение. Что-то слишком давно на меня не смотрели вот так – глазами, полными огня.
– Может и ну… – пробормотал Данила, тоже улыбаясь. – Ради такой девушки можно и попытаться!
Я засмеялась, не в силах скрыть самодовольство. И в этот момент к нам вышел Андрей, удерживая в руках шелковое красное платье в пол и босоножки на тонкой шпильке.
– Ну, последние штрихи! – сообщил он, устраивая одежду на диване. – Иди сюда, думаю, это будет в самый раз. Есть, конечно, еще два платья, но мы их пока исключим.
Пока я переодевалась, мальчики тактично вышли на кухню, обсуждая между собой, какой может быть реакция Гарика на появление Эскина в паре со мной. Слов Андрея при этом я не слышала, но видела, как он подленько смеялся, потирая ладони. Чудо-дизайнер, он же маг и волшебник в мире красоты, предвкушал! Впрочем, мне и самой не терпелось уже явиться на прием, прижимаясь к прекрасному Аполлону и улыбаясь всем врагам назло.
Спустя пять минут, нарядившись и немного покрутившись перед зеркалом, я зашла на кухню, постукивая каблуками и совершенно неприлично покачивая бедрами. Этот макияж и красное платье творили со мной что-то невероятное: хотелось танцевать, говорить громче обычного и собирать в копилку многочисленные комплименты.
Эскин и Велье, словно разгадав последнее мое желание, сначала восхищенно замерли, потом переглянулись и так заулыбались, что мне уже и слов не нужно было. Я просто растаяла лужицей у своих же ног…
Однако и на этом Андрей не остановился. Вишенкой на торте моего преображения стал костюм для Данилы – все-таки у такой дамы и спутник не должен был оплошать. Эскину достался черный костюм с красной подкладкой в пиджаке и красным галстуком. Пара из нас вышла поразительная, я бы сама остановилась, проходя мимо, чтобы запечатлеть на память таких красавчиков. И да, скромность в тот вечер не была моей отличительной чертой, я ее забыла у Велье дома.
На прием мы с Данилой поехали бодрые, веселые и настроенные на победу. Путь держали на Новорижское шоссе – в один из, так называемых, элитных поселков. Всего в двадцати километрах от МКАДа Москва словно умолкала, оставаясь за огромными коваными воротами. И начинался новый мир, где было тише, пафосней и спокойней.
Прием, на который Эскин выбил приглашение, проходил в одном из коттеджей, а лучше сказать, в крутом особняке, принадлежащем Серганову Петру Константиновичу – некоему чиновнику, чья жена радела за мир во всем мире и иногда устраивала благотворительные аукционы. На них она показывала новые платья, сумки, смену интерьера и, конечно, собирала некоторую сумму на нужды тех, кому не повезло так же выгодно выйти замуж.
Сегодняшний вечер сопровождался восхитительной живой музыкой, слышно которую было издалека. Наше авто встречал молодой человек, одетый не по погоде: в одну ливрею и высокую красную шапочку. Он выскочил откуда-то с крыльца, слетел по лесенкам и успел сам открыть для меня дверь, проговорив на одном дыхании: “Добро пожаловать, позвольте, я припаркую ваше авто!”.
Я кивнула, поборола в себе желание отдать ему пальто погреться и, дождавшись Данилу, шепнула ему на ухо свое мнение о происходящем:
– У меня ощущение, что мы на съемках голливудского фильма. Что-то вроде Золушки. Только я уже с принцем, а за фею у нас Андрей.
– Так и есть. Это новая интерпретация, – тихо ответил Эскин. – Никто не знает, чем закончится кино, но все надеются на хэппи энд.
