– Я хочу попросить вас, Кира Вадимовна, – Минаев чуть развернулся в кресле, сложил руки в замок. – В следующий раз, когда будете ломиться ко мне в кабинет, стучитесь по-настоящему. И дождитесь приглашения в ответ.
– Да, конечно, – проговорила чуть растеряно.
– Буду рад, если повторять не придется. Знаю, что вы с первого раза не всегда усваиваете, но напрягитесь, в конце концов. Свободны.
Я хотела ответить что-то, но в голове начался полный бардак. Пришлось просто кивнуть и выйти, осторожно прикрыв за собой двери.
Значит, все? Офисные отношения? Впрочем, я ведь этого и хотела. Сама настаивала, изощрялась как могла… И вот, подарок небес, – Минаев проникся. Принесло ли это облегчение? Абсолютно нет! От переполняющих душу эмоций я готова была начать скандалить на ровном месте, хотя ничего ужасного он не сказал. Просто поставил на место и говорил этим особым официальным, чуть утомленным тоном… как с Мариночкой. Ох, как это бесило… до скрипа зубов!
Закрывшись в душевой, я поплескала воды в лицо и, опершись на раковину, прикрыла на миг глаза, призывая спокойствие. Спокойствие меня коварно проигнорировало, зато пришла мстительная женская сущность, умножающая обиду вдвое. Так что в приемной я появилась еще более недовольной, громко сопящей и настроенной на гнусности.
И помочь мне должен был Данила.
– Эскин, – позвала тихо, – как ты думаешь…
– Кир-р, – перебил меня он, – мне читать-не перечитать. Давай позже?
Я хотела возразить, что позже никак, но потом решила, что в целом не спешу. Так как плана действий у меня не было, а работа была.
И тут снова захотелось завыть – при попытке открыть почту, поняла, как сильно “плывут” буквы; чтобы их нормально различить, пришлось уткнуться носом в экран.
– Данила, – взмолилась, спустя пару минут, сжимая виски руками, – это капец. Я без очков даже почту проверить не могу. Нужно ехать домой…
Эскин оторвался от своих документов и сразу по-деловому подошел к вопросу:
– Почту сейчас сам гляну, а насчет очков… Подумай, чьи могли бы подойти тебе по диоптриям? Попробуем достать.
– Откуда мне знать, у кого какое зрение? Разве что… у Минаева, – ответила, качая головой. – Но, как ты понимаешь, с такой просьбой к нему лучше не ходить.
Даня хотел что-то ответить, но тут появился Макс. Не зря говорят: не поминай лихо, пока оно тихо.
– Работаем?! – спросил шеф грозно.
Я кивнула, придвинула клавиатуру и начала усердно стучать по ней подушечками пальцев. Вышло громко.
– Не убейте технику, Кудряшова, – проговорил Минаев проходя мимо. – Казенное имущество, отчитываться будете лично перед Соколовым. Он давно повод ищет.
И вышел, сволочь, из приемной.
Я устало откинулась на спинку стула, кажется, даже испарина на лбу выступила от напряжения.
– Эй, Кир, – позвал меня Данила, при этом весело подхихикивая. – Это что было? Никогда такой скорости печати не видел.
– Здесь секрета нет, – буркнула я, снова утыкаясь носом в экран, чтобы понять, не напортачила ли, экстренно шпаря по клавишам. – Это называется, мой друг, слепой метод.
– Я так и понял, – уже откровенно ржал Данила. – Ладно, не переживай. Я уже открыл почту, сейчас все важное направлю на твой принтер, ты только листы лови.
Так и поступили. Я филонила, а Эскин работал за двоих… до самого совещания.
Минаев вернулся за Эскиным, поманил его, и они оба ушли, оставив меня совсем одну наедине с глупыми мыслями.
Я никак не могла понять, чем так недоволен Макс, что стал обращаться на “вы”, еще и с явным недовольством. Может, думал ночью сорвусь и позвоню ему, требуя взять меня полностью во всех удобных и неудобных позах? И он бы бросил пьяную Марину у себя дома, чтобы поступить по-рыцарски: удовлетворить еще одну прекрасную даму. Прелесть да и только!
Хорошенько себя накрутив, я уже решила тоже разговаривать с начальством исключительно на официальные темы, тем самым показав ему, что не на помойке себя нашла. Как-то так.
Пока не зазвонил стационарный телефон.
– Добрый день, компания “Sokolov”, приемная Минаева Максима Сергеевича, – отрапортовала привычно.
– Кира! – закричала в трубку мама. – Это ты?!
– Может быть, – ответила с осторожностью.
– Боже мой! Вадичка, это она! – мама шумно перевела дыхание. – Ты хоть представляешь, как нас напугала?!
– Кого?
– Меня, отца, Алешу!
При упоминании последнего имени нервно дернулось веко.
– Ма-ам?
Моя интонация должна была дать ей понять, что я требую объяснений.
– Что?! Алеша приехал к нам в гости по просьбе отца. И Анечка с мужем завтра с утра будут здесь. И Жанночка. Вот такой сюрприз! Мы ведь договаривались отметить твой день рождения.
Я застонала.
– Ты мне это брось, – пригрозила мама. – Я тебе все утро звоню, думала, случилось уже что-то, пропала с концами!
– И куда я, по-твоему, пропасть должна была? – спросила, мученически прикрывая глаза и чувствуя, что с удовольствием провалилась бы сквозь землю.
Поездка на выходные к родителям на дачу совсем вылетела из головы. Зато мама помнила и действовала за нас двоих. Сюрприз, блин… Алешеньку-соседа не забыла позвать, и даже Жанкин номер раздобыли с отцом где-то.
