Незнакомые люди снимают меня с повозки, как куклу. Мне даже не дают идти своими ногами. Держат с двух сторон, приподнимая над землей. Так я еще не каталась, посмотрим что будет дальше. По местности — ничего особенного, парк. Красивые деревья, ровно подстриженные кустарники роз, виден уход и финансовые вложения. Но вряд ли меня привезли на экскурсию, тащат в сторону замка, без остановок. Наверное стоит кричать, но клокочущая во мне ненависть ко всему живому и неживому не дает открыть рот. Чувство, будто из него роем вылетят осы, которые буду жалить всех и каждого. Молчу, сдерживаюсь, пытаюсь понять обстоятельства, в которые меня поместили. Сейчас я рада, что одна и меня не видит Клара. Она бы испугалась и потащила меня к лекарям. Я считаю ее своим продолжением, но при ней стараюсь быть чуть лучше, чем есть на самом деле и сдерживать порывы ярости.
Мужчина крепкого телосложения с багровым, одутловатым лицом, идет нам навстречу и недовольно морщится. Чем ближе он подходит, тем более кислым становится выражение его лица.
— Выплюньте лимон, зачем же так мучиться! — я решила идти от обратного и поиграть в душку-зомби.
— Герцог Виньет готов принять вас сегодня вечером за ужином. Надеюсь, что к тому времени вы будете выглядеть подобающе случаю.
— Ах, какая досада, у меня знаете ли совершенно нет сменной одежды, а дома столько дел, столько дел. Не могли бы вы мне помочь с перемещением в Академию стихий государства Тирей?
— Не паясничайте, — тут же ответил поклонник цитрусовых. — Ваша роль — роль жертвы, а не приглашенной леди издалека. Ведите себя соответственно случаю.
— С чего бы?
Краснолицый щелкнул кнутом из огненной стихии возле моего рта. Рассчитал расстояние верно, скорость хорошая, а значит управляться умеет. Ладно, этого злить не буду.
— Поняла, — отчиталась я. — Принаряжусь как смогу, могу даже штаны от пыли в раковине застирать. Самолично. Хотите?
— Вам выделят комнату и дадут сменную одежду. Укоротите язычок, пока это не приказали сделать мне. А то я ведь с удовольствием.
В комнате, куда меня отводят, светло и чисто. Если бы не это, то помещение легко можно было бы назвать музеем. В Академии интерьер гораздо проще и привычнее. Стены из камня, пол из камня, деревянная мебель и Клара вписывается в любую из комнат. Здесь же все слишком вычурно и даже на вид дорого. Зомби здесь не место. Разве что кровать вполне ничего, мягонькая, так и тянет полежать на ней. Поваляюсь пятнадцать минут и буду искать способ выбраться отсюда.
Как это обычно и бывает, просыпаюсь к вечеру. Мне приносят одежду, которая больше подошла бы военному в моем мире, резинку для волос и самые настоящие кроссовки. Последние радовали особенно сильно, ради такого можно было и проехаться. Одеваюсь, выхожу и меня сопровождают под конвоем в столовую.
— Здравствуйте, Ацуки! — ко мне обращается мощный обладатель седой шевелюры и рокочущего баса. — Познакомьтесь, моя племянница Кларисса. Ради нее вы проделали такой долгий путь.
Мужчина показал жестом на девочку лет пяти. В глаза бросилась болезненная худоба, но посмотрев чуть дольше я отметила и огромные глаза цвета неба, и длинную косу, и сжатые кулачки. Ребенок нервничал. Уж не знаю, что это за похититель, но в глазах девочки я была кем-то пострашнее.
— Здравствуйте! — решаю быть вежливой, все равно после сна злость улетучилась. — Благодарю за столь неожиданное приглашение. Кларисса, вы чудесно выглядите.
— Спасибо. — писк с той стороны, где сидела племянница герцога был еле различим.
Слуга помогает мне сесть, ужин начинается как ни в чем не бывало. Поддерживаю светскую беседу, решила что мне не жалко, рассказываю про зомби-отбор, про встречу с королевой, про рисунки в кабинете ректора и что он не прочь иметь детей. Не думаю, что это тайна, да и не знаю как еще объяснить, что меня точно будут искать. Герцог Виньет участливо слушает, много говорит сам — об урожае, своих животных, нуждах нейтральной территории. Так я понимаю где нахожусь.
Нейтральные территории — это места на карте, которые не относятся к каким-либо государствам. Законы здесь не действуют, но и прятать преступников не будут. Связано такое положение с тем, что на таких территориях живут потомки семей, которые были очень близки к престолу какого-либо государства. Например, это могла быть семья главного мага королевства, который отошел от дел и решил нянчиться с внуками. Тогда он мог выбрать любую свободную территорию и если в течении тридцати лет его никто не сместит, то он и его потомки будут являться владельцами и жить свободно. Никаких налогов, обязательств или гонений. Такая жизнь была слишком уединенной и подходила только тем, кто провел многие годы во дворце и устал от людей. В моем родном мире отшельники бы обзавидовались.
После ужина Клариссу отводят в детскую, а мы с герцогом Виньетом остаемся в компании слуг.
— Спасибо, что не устроили сцену при ребенке, — заново начинает разговор. — Моя дочь редко видит новых людей и, из-за событий в прошлом, их опасается.