Я пытался добраться до горла полковника. Мне это даже удалось, как мы упали в воду. Прямо под «Хилтоном» - пруд. По моим расчетам мы не должны были долететь до него. Должны были разбиться, но все пошло не так, как в жизни. Все закрутилось, как в чертовом кино.
Ударились о воду.
Расцепились.
Я пошел на дно. Удар вышиб весь воздух из легких, поэтому следующий вдох был уже не воздухом, а водой. Та заполнила рот, попала в горло и легкие.
«Боже, я тону, как тогда, в пруду, моя Женечка. Все повторяется, почему?»
Я еще видел перекошенное лицо Алексеева, но ему не до меня. Надо спасать свою мерзкую душонку – полковник пытался выплыть на поверхность.
«Неужели я погибну, а эта мразь выживет?! Это неправильно!» - успел подумать я.
Пытался барахтаться, но ничего сделать не мог. Меня тянуло на дно.
Все-таки я так и не научился толком плавать, именно поэтому никогда не заходил на глубину, когда мы шли купаться на реку. Всего один раз в жизни я преодолел приличное расстояние в глубоком водоеме и даже этого не заметил – в тот день, когда спасал дочку. Но сейчас надо было спасать самого себя, а сил уже не было.
Глаза в воде.
Красные светящиеся точки.
«Это тот пес?! Альфа?! Это про него Женька говорила, но откуда он взялся здесь?»
Пес не стал помогать мне, просто посмотрел вверх – туда, откуда через толщу воду, проникали огни от колеса обозрения. «Мир катится под откос, а эта штука все еще работает», - подумал я.
Пес еще раз кивнул головой в сторону огней и скрылся в темноте воды. Уплыл.
«Что он хотел сказать?»
«Да то, что ты должен выбираться, но выбираться сам. Ты не маленькая девочка. Ты – Хранитель!»
Мысль придала сил – и откуда только взялись? Еще секунду назад я готов был отдаться воле течения и просто утонуть. А теперь уже плыл наверх - с каждым движением рук и ног все быстрее и быстрее.
«Я смог!» - обрадовался я, вынырнув из пруда.
Но в этот момент тяжелый предмет обрушился на голову.
Свет померк.
15.
С трудом приходил в себя. Голова раскалывалась. Попробовал открыть глаза – не вышло.
- Что? Очухался, да?! – донесся знакомый голос. Я не мог вспомнить, кому он принадлежит.
- Да, стоит тебе уже очухаться. Я хочу, чтобы ты был в сознании, когда я тебя буду убивать. Урод, ты ведь меня с крыши скинул! Чертов ублюдок!
Вспомнил – это Алексеев, полковник, из-за которого дочь пожертвовала собой. Эта тварь убила Сергея и Петра. И мою жену.
- Мразь! – процедил я, с трудом открывая глаза.
Свет ударил в глаза - словно по ним прошлись наждачкой.
- Что, не нравится свет? – засмеялся полковник,
Почувствовал, что кто-то тянет мои веки вверх и вниз, силой открывая глаза. Фигура не в фокусе - Алексеев!
- Ну, что, приятно?!
- Ты сдохнешь, урод! – прошептал я.
- Это ты сдохнешь, дебил!
Попробовал его ударить, но не смог – руки привязаны к забору, который шел вокруг пруда. Низенький забор, поэтому я сидел, а руки перекинуты через него, будто висел на дыбе.
- Не зря я захватил у майора этот ножичек, - бормотал Алексеев, показывая оружие. Я его толком не видел – только блеск стали в отсветах от колеса обозрения.
- В жопу себе его засунь! – прошипел я и плюнул. Надеюсь, в лицо.
- О, как воинственно! Как неприятно. Ты, мразь, в армии-то хоть служила, а? – спросил Алексеев и ударил.
Хрусть! Челюсть, как мне показалось, сместилась в сторону. Рот наполнился медным привкусом. Сплюнул кровь.
- Вот и кровишка пошла… - довольно улыбался Алексеев. – А дальше будет еще веселее!
- Это тебе не поможет, урод! – простонал я. – Те можешь меня убить, но твоя миссия провалена. Твоя жизнь так и осталась никчемной. И ты ничего не сможешь изменить!
- Ничего не могу?! Ничего не могу, да?! – Алексеев провел лезвием по моей щеке. Лицо пронзила острая боль - наверняка теперь на лице останется глубокий шрам.
- Да, ничего не можешь! Ты просто жалок! - процедил я.
Алексеев опешил. Ему казалось, что он полностью контролирует ситуацию. Пленник - у него в руках. И можно делать с ним все, что угодно. Но случилось странное - пленник его не боялся.
- Ладно, сдохни уже! - рука Алексеева дернулась, но застыла на половине амплитуды движения.
Полковник смотрел не на меня, а куда-то в сторону. Сначала я не мог сообразить, что он такое увидел.
Через секунду картинка прояснилась: на пешеходной дорожке, по которой раньше гуляли мамочки с колясками, стояла альфа-собака. Я не мог с полной уверенностью утверждать, что это именно та собака, которую видел в пруду, но точно из их «породы».
Монстр наклонил голову, зарычал.
- Убирайся отсюда, шавка! – Алексеев поднял пистолет, нацелил на «пса». Тот лишь громче зарычал в ответ.
- Вали, говорю! – закричал полковник. Выстрелил в «пса». Тот на удивление спокойно встретил пулю, которая снесла ухо. Монстр лишь стоял и смотрел на полковника.
- Да что такое-то? – полковник снова нажал на спусковой крючок, но на этот раз раздался лишь щелчок - обойма опустела.
- Черт вас дери! – Алексеев начал лихорадочно перезаряжать пистолет, а пес снова зарычал. Двинулся на шаг ближе, а потом еще, и еще.
Алексеев успел перезарядить обойму, вскинул пистолет.
- Не советую, - сказал я.
