Кто сказал, что легко терять, даже зная, что вместо небытия любимую ждет новое рождение? Что легко отпустить, только мгновение назад отыскав? Понимая, что нет сил сохранить жизнь СВОЕЙ ЖЕНЩИНЕ… А потом встать и продолжить путь, сжав зубы, заглушая глухую боль, чтоб спасти для кого-то родных, дорогих, самых лучших детей, отцов, матерей. Он перевязывал, накладывал самодельные шины, успокаивал, разбирал завалы.
Один за другим, один за другим пустели флакончики со стимулятором. Когда приехала помощь, у колдуна перед глазами плясали и расплывались разноцветные круги…
Все закончилось… Ярослав сидел, прислонившись к дереву, оборванный и поникший, запачканный кровью, как будто сам вышел из того злосчастного поезда. Глубокая рана разорвала сердце на части.
— Пей.
Он взял флягу и отхлебнул, механически, думая о своем. Глотнул и закашлялся с непривычки, на глаза навернулись слезы. Второй глоток был уже совсем другим.
— Пей, пей.
Колдун пил. Раскаленная лава текла по горлу. Что-то говорил случайный собутыльник. Кричали птицы. Горько понурившись, замерла рядом невидимая Яна.
Знание пришло, как всегда неожиданно, из ниоткуда. Завтра начнется война. Авария — провокация, повод. Очень скоро все телеканалы назовут причину — ею станет агрессия соседней страны. А виной собственные спецслужбы, но об этом никто не узнает…
У Ярослава не осталось ни капли силы. Мужчина выжег себя дотла. Долгие месяцы потребуются для восстановления. Сейчас даже шевелиться больно.
Чужие люди, чужое государство. Но разве есть границы у горя? Что значат линии на карте, если за ними люди точно так же страдают и любят? И хотят жить.
Он пил. Первый и последний раз в своей жизни.
Заснула Яна, вытянувшись во всю длину и обнимая Ярослава крылом. Неподвижно застыли на стене и на полу длинные тени. А прошлые образы все не хотели отпускать мужчину, будто желая рассказать ему что-то новое, вывести на ту тропу, что он так упорно искал.
Новый день встретил бодростью и приливом сил. Вчера мрачные предсказания я не успела осмыслить, а сегодня отнеслась к ним на удивление спокойно. Это только одна из возможных дорог. Я знала, куда отправлялась, к тому же уверенность, что я вернусь домой, никуда не делась.
Восстановив силы, мы продвигались уверенно, быстро, предчувствуя ночлег под открытым небом. Пещеры изменились: появилась живность. Если поднять руку, можно нащупать летучую мышку. Рядом с тропой журчал небольшой ручеек, драконы утверждали, что там тоже кто-то водится. Правда либо вымысел — останется на их совести, мы не проверяли. Бактерии и простейшие организмы точно найдутся.
Порой бывает очень сложно верить себе, позволить вести интуиции, а не разуму. В этот раз я знала точно: нужно свернуть в боковой тоннель. Настроение у Ярослава было приподнятое, и на мое исчезновение он не сразу обратил внимание.
— Ольга!
— Я догоню!
Хватать меня за руку поздно, расстояние, разделяющее нас, с каждым мгновением увеличивалось. Зачем? Вопрос заполнил мысли, сквозь него пробивалось раздражение колдуна, но к этому не привыкать. Шестое чувство уверенно вело в неизвестность, ничего не объясняя. Я просто знала, что так нужно. Неведомая цель влекла, как магнит притягивает железо. Я ускорила шаг. Осознав, что словами ничего не добьется, Ярослав направился по моим следам.
