Я кожей чувствую чужое ликование, краем сознания отмечая, что одежда совсем отсырела. В голове звучит хриплый смех, заглушая заклинание Ярослава.
Сладость можжевельника истаяла окончательно, вдыхать воздух, пропахший гарью и мертвечиной, не хочется, но я упрямо делаю вдох, и все заканчивается. Туман, колыхаясь и вздрагивая, словно живое существо, уползает с дороги. Вскоре, позади нас остается лишь скрученный в спираль, белесый полукруг.
Лошади рванули вперед, быстрее, чем следовало, ежесекундно рискуя. Туманный эскорт двинулся следом. Я обернулась, показалось, что нас провожают невидимые глаза. Что-то внутри подсказало: больше оглядываться не стоит. Сейчас самое главное удержаться в седле, если кобыла споткнется. Однако накатывает такая слабость, что задача кажется непосильной.
Когда утомленные животные замедлили бег, я потребовала:
— Скажи честно, что ты от меня скрываешь?
Ярослав спешился и быстрым шагом преодолел разделяющие нас четыре метра.
— Скоро доедем, осталось немножко.
Все внимание колдуна досталось лошади, удостоверившись, что с животным все в порядке, он развернулся уходить.
— Это не ответ! — в последний момент я поймала мужчину за рукав рубашки. — Что происходит?
— Уже ничего. Напали неуспокоенные сущности, но день не их время, сейчас туман безопасен, — понимая, что не отстану, пояснил Ярослав.
— А потом? — закричала вслед.
— Потом мы будем на острове, — с нажимом произнес колдун. Дальнейшие расспросы он решительно пресек: — Скоро совсем стемнеет. Времени нет. Если не поторопимся, начнутся проблемы: ночью здесь «водит», а мои запасы можжевельника не безграничны. — Поравнявшись со своей лошадью, мужчина оглянулся. — Помни, осталось всего двое суток!
Эти слова подействовали, как волшебный ключик. Я вздохнула и замолчала. К острову нужно добраться как можно быстрее, а подробности можно узнать потом. Лошади устремились вперед, оставляя за спиной очередной отрезок пути.
Едко пахло конским потом, брызги воды и грязи летели в лицо. Мышцы немилосердно ныли. Сумерки сгущались слишком быстро для длинного летнего вечера, а затерянный кусочек суши все никак не показывался… Недаром говорят: гиблые места болота.
— Остров! — завопил Яшка.
Его голос я услышала, когда перестала всматриваться вперед. В глазах рябило от однообразия, постоянное напряжение выкачивало силу. Несколько раз лошадь спотыкалась, но ей удавалось выровняться. Я забыла о преследовавшем тумане, подозрительные звуки и шорохи стали отдаленным монотонным шумом.
Ступив на твердую землю, животные расслабились, взбодрились. Я оглянулась — туман исчез. Ни единого намека на его недавнее присутствие не осталось. Мирно дремали дикие травы, да квакали жабы. Отступило чувство опасности, даже усталость схлынула, словно была не моя, чужая.
Самостоятельно спешиться с лошади Саша не смог. Я посмотрела на мужчину, и сердце сжалось, как будто мы вернулись в тот день, когда его нашли. Ноги слушались неохотно, он тряпочной куклой висел на Ярославе, но в то же время старался идти, разрывая усталость и боль. С непонятным, ненужным усилием, прыгал выше собственной головы.
— Вот так, держись, через полчаса станет лучше, — говорил колдун, помогая сесть, а не свалиться кулем на землю.
— Пить, — едва слышно попросил Александр. — Пожалуйста…
Сначала он глотал с трудом, но недаром у нас вода с целебного родника, да и береза, ствол которой заменял мужчине опору, с давних пор славилась умением исцелять. Постепенно проходила болезненная слабость, изможденность.
— Побудь пока с ним, нужно развести костер, — распорядился Ярослав, торопливо, в потемках, расседлывая лошадей.
Обычно летние ночи ясные, светлые, но не сегодня. Небеса накрыл тяжелый покров облаков. За ближайшими деревьями ничего не различить: простирается кромешная мгла. Вовремя мы добрались. Выходит, счет шел на минуты.
Драконы тоже хотели отправиться на поиски хвороста — это такой благородный предлог для незапланированных экскурсий, но колдун пошел один, приказав сторожить лагерь. Спорили они недолго: переход выдался утомительным. Тихонько переместившись ближе ко мне, Яна с Яшкой легли рядом.
Саша сидел, закрыв глаза, мягкая энергия дерева наполняла силой его изношенное тело. Этот человек в очередной раз доказал, что наши возможности бесконечны. Как бы ни был искусен Ярослав, если бы не его собственная жажда жизни, его воля… Нет, старания врачевателя не прошли бесследно, но и не достигли бы подобного эффекта.
— Вы мой ангел-хранитель, Оленька, — внезапно произнес мужчина.
Его голос перекрыл все ночные крики и шорохи, я услышала только эти слова. Ярослав умел пользоваться силой, Саша сказал искренне, от всей души.
— Я младше вас почти в два раза, зачем же это обращение на вы? — спросила глупо.
Я столько раз выступала на публике, в суде, умела найти слова в критической ситуации. А сейчас растерялась. Слишком необычно слышать подобное от работника спецслужбы. Ломались привычные стереотипы, давно пора привыкнуть, но пока все равно не получается.
— Я не могу иначе. Я ведь не шутил насчет ангела.