Зона отчуждения (СИ) полностью

Я не буду уже писать о том, как взвинтило Свята, когда он все-таки увидел фотки, сделанные Яном. Как материл нас обоих, в шутку называя психами (это самый мягкий из всех эпитетов) и не только. А Ян уверял, что Зверь просто дико ревнует и завидует, заводя этим братика еще сильнее.

Я просто напишу, что молча сидел на диване, поджав под себя ноги, и сходил с ума от счастья, чувствуя их обоих, всем телом, каждой влюбленной клеточкой, и тихо сам с собой улыбался, глядя на их дурашливые препирательства.

И у меня было так спокойно на душе.

Просто я понимал: то, что происходит со мной, то, что я сейчас переживаю в отношениях с этими парнями, это же так редко бывает по жизни.

Народ сходит с ума от неразделенных чувств к одному человеку, а я люблю сразу двоих, и только по счастливой случайности, подаренной мне кем-то свыше, эти существа оба любят меня так же сильно.

И сомнений в том, что в любом случае мы будем бороться за наши отношения, какую бы кучу дерьма ни преподнесла нам судьба в дальнейшем – не было.

Мы будем вместе, пока любим, пока нужны друг другу.

Так что...

Нам остается просто наслаждаться тем, что имеем. Здесь и сейчас.

Наслаждаться.

И жить дальше.

ЭПИЛОГ.

- Черт! Свят, ты как накаркал, гад! Помнишь, ты говорил, что рад будешь, если меня выгонят из дома? – я вцепился в чашку с кофе обеими руками, лишь бы не было видно, как дрожат пальцы.

- Котенок, я же шутил! Ну, прости... И ты сам ушел?

Я не смотрел Зверю в глаза, и без этого было ясно, сколько у него сейчас во взгляде сожаления.

- Знаю... Бля... Не бери в голову. Это я так...

Ян молча погладил меня по предплечью, потерся виском о плечо и снова замер, прижавшись ко мне. Я чувствовал, что, даже зная, что он не причем, Ян чувствовал вину.

Уже просто потому, что оказался со мной в машине. Потому, что вызвал у меня желание его целовать. И потому, что это увидел мой отец.

- Блин... Даже подумать не мог, что так получиться может... Он же на работе должен был быть, прикинь? Никогда раньше мамы не приходил, а тут... Как специально все.

- Бить тебя не пытался?

- Нет. Он вообще никогда на меня руку не поднимал. Орал просто сильно... Так, что хрипел иногда. Он еще никогда такне орал. Никогда. Я же пытался ему что-то объяснять. Но он не слышал меня. Совсем не слышал... Блин... Что он только ни орал... Маму обвинял, что всегда мне во всем потакала... Да, и себя тоже, что никогда меня не лупил ни за что, а надо было... Грозился не дать пойти в универ, а сразу после школы в армию отправить. Типа, там из меня мужика сделают...

Свят резко оттолкнулся от диванчика и, отойдя к окну, вцепился в подоконник, прижимаясь лбом к стеклу.

- Бред... Бред... Он не посмеет, Дин! Ты же его сын. Он любит тебя... Я не верю, слышишь? Просто это для него было реальным шоком, ударом под дых, практически, понимаешь, котенок? Ты должен его понимать...

- Я очень стараюсь, – прошептал я и шмыгнул, утирая нос.

- Понимаю, что тебе до одури больно и страшно, обидно до ужаса, да? Но вот такая она, жизнь... Шаг в сторону от придуманных «правильных» вещей - и многие тебя готовы за это сожрать. Я не о твоем отце сейчас. Я об обществе, мать его...

- Понимаю.

- Слушай... Ты только не переживай сильно, ладно? Все это было безтвоей мамы. Да будь она дома, не было бы так... Ты же и сам это знаешь... Она появится и поставит все на свои места... Просто нужно немного времени, чтобы он успокоился.

- А если для мамы это так жебудет, а? Что тогда?!

Свят вернулся к нам, опускаясь передо мной на корточки, заглядывая в глаза, гладя пальцами мою кисть:

- Ну, что ты говоришь? У тебя мать - психолог, если уж на то пошло. Я уже не говорю, что она тебя любит до потери пульса. Кому, если не ей, тебя понимать? Нет, естественно, и ее это в восторг не приведет, но я уверен, что она за тебя заступится. Успокоит отца, может, не сегодня и даже не завтра. Не важно... Тебе по-любому есть, где до этого времени накрыться медным тазом и пересидеть бурю.

Я усмехнулся, выдавливая что-то наподобие благодарной улыбки.

- А мы будем рядом. Ты молодец, что додумался забрать конспекты. Все остальное - вплоть до одежды - мы тебе найдем. Все хорошо будет.

- Да. Спасибо... Это... Я не знаю... Может, мне позвонить маме, а?

- Нет, ты подожди немного... время еще не позднее. Часика через два позвонишь. Дай им время поговорить.

- Нет, не надо... Она сама позвонит, – вдруг тихо проговорил Ян, и мы оба повернулись к нему. - Сама позвонит, - повторил он. – По-другому и быть не может.

Ян оказался прав. Через час после этого разговора позвонила моя мама. Взволнованная, этого невозможно было не почувствовать, но без истерики и воплей.

Но не стала меня допрашивать, правда все это или нет. Не стала упрекать ни в чем...