А я дышал ртом и чувствовал, как все тело покрывается мурашками...
И все туже... туже... туже... тот непонятный узел во мне... да что за ...?
- Мне пора...
Блять... как же не хочется уходить...
Свят проскулил и оперся лбом о мою грудь, лаская живот распластанной ладонью.
- Знаю...
***
Я видел, КАК изучающе он, опершись спиной о стену и сложив руки на груди, смотрит на меня, пока я одевался в прихожке.
Мозаик так и спал, мы действительно его не разбудили. И сейчас, уходя, мне не хотелось его потревожить, поэтому мы и вели себя очень тихо.
- Дин, завтра встретимся и поговорим насчет звонка предкам Белки, угу?
- Думаешь, ничего другого уже не выгорит?
- Тишина... я не вижу иного выхода...
- Да... видимо, так и сделаем... До завтра? – Мне оставалось только выцарапать из угла рюкзак. Свят вздохнул и, невесело улыбнувшись, кивнул.
Что-то как-то... Но что?
В глаза мне посмотри?
Что за напряг?
- Эй... Ты... передай Яну... передай... вот это... – прошептал я и, подтянув Свята к себе за пояс, второй рукой обнял за шею, прижимаясь к бесстыже зацелованным губам моего монстра.
Он обнял в ответ, залезая руками под пока еще расстегнутую куртку, запихивая пальцы в карманы джинсов на заднице.
И сжимал на ней пальцы до совсем нешуточной боли...
Черт... если бы не был занят рот, я бы возмутился.
Хотя... Почему-то даже то, что он сейчас мне причинял явную боль, было логично как-то...
Вместе с нервным непонятным узлом в сознании появилось странное ощущение, похожее на кусочки раскиданных пазлов... Что-то недостающее... Не на месте.
Да что за хрень, мать ее? Что за состояние?
Не понимал... ни фига не понимал...
Но оно не отпускало, а наоборот становилось все более четким.
...целовал его, лаская гибкий, податливый язык своим, втягивая и чуть покусывая.
И чувствовал, что сил отпустить Свята у меня совсем нет...
И при этом, было и странное раздвоение этого ощущения, как будто оно исходило не только от меня.
Все-таки отпустил его губы, успев увидеть прищуренный взгляд и скользнувшую по влажным губам неловкую улыбку…
... и собирался сделать шаг назад к двери, когда вдруг мой монстр снова притянул к себе, забравшись ладошками под волосы, на затылок, утыкаясь лицом куда-то за ухо, опалив мой и так воспаленный мозг, этим неожиданным чувственным выпадом.
Господи... я чуть не задохнулся...
Он прильнул ко мне всем телом, жадно вжимаясь своим, и молчал, сводя меня с ума этим приступом нежности, который невольно накрыл и меня...
Твою мать!
Это так невероятно пронзительно было для меня… я не знаю…
Не было ощущения, что несколько минут назад мы были с ним в постели, что занимались бесшабашным сексом.
Это знали тела, тягучая сладкая усталость в мышцах не оставляла возможности этого не помнить…
А вот душа…
И тут я и понял,
От меня. Ему.
Я не давал... а он и не просил... Раньше.
Какой же я придурок!
А ведь он хотел. Он попросил почти прямым текстом... А я...
Я только подсознанием чувствовал, что не то что-то... Поэтому и весь этот напряг?
О... черт...
Всплыли эти шутливые просьбы показать, как было с НИМ...
А потом его упрек в обмане, что я не мог делать с Мозаиком всего
Тот разговор о нашем эмо, когда я сказал, что почти схожу с ума без возможности ласкать его тело...
Он же не сказал, что ему не хватает ласки от Яна!
Он говорил о том, что ему хочется просто быть рядом и чувствовать его … Знать, что он в безопасности. Так?
Но все равно же тогда понял меня...
По себе? Да? Потому что ЭТОГО ему не хватает... От
Я бесчувственный ублюдок, да? ДА??
Он просил нежности... а я не понял... не почувствовал вовремя.
- Твою мать… – вырвалось у меня, и мне пришлось закусить губу.
- Заткнись... Убью... и зарою… – прошептал он, глотая звуки, сминая кожу на затылке.
Я знал - он боится, что меня после его этой выходки, этого чувственного порыва, который он не смог сдержать в себе, прорвет на глум.
Бля... какой там глум, народ!?
Я же еле дышал сейчас, вдруг поняв, ЧТО с ним происходит на самом деле...
Подняв руки по спине, к его выступающим лопаткам, гладил обнаженную кожу ладошками, чувствуя под ними напряженные мышцы, тихонько касаясь губами его плеча.
Мне безумно хотелось все исправить... Просто до боли в сердце.
Это было почти отчаяние.
Болючее, искреннее, прочувствованное так внезапно от и до...
- ...люблю тебя... – прошептал я, чувствуя, как дрожит голос, и Свят очень тяжело сглотнул, так и не выпустив меня из своих рук:
- Это... тоже для Мозаика, да, Дин?
Ну что же ты творишь, зверь? Ты же не можешь не чувствовать, что меня практически расплющило...
КАК переклинило от тебя…
- Свят... пожалуйста... не надо... Это я… – и заткнулся, давя в себе нервный всхлип, вжавшись пальцами в его затылок, лаская и прижимая к себе еще сильнее.
Мне до одури хотелось просить прощения за то, что я такая скотина бесчувственная… Сказать, что я все понял… понял, пусть вот только сейчас…
Но язык не поворачивался.
