– Подожди, – сказал в телефон старший и кивнул дежурному, – что у тебя?
– Звонили из больницы. У них там три огнестрела.
– Что-то я не удивлен, – и в трубку, – ну, а у тебя какие местные достопримечательности?..
Алексей вышел в коридор и набрал Бирке:
– Я окажу тебе сейчас последнюю жизненно необходимую услугу. Но перед этим хочу, наконец, услышать… Отлично. В больницу скоро наведается полиция. Так что уноси ноги и, желательно, вообще из области…
В коридор выглянул старший, передал свой телефон Алексею. На линии был однокашник – начальник полиции Горно-Алтайска. И заговорил он с Алексеем на повышенных тонах.
– У тебя там что, Каракас7? А ты там кто? Уго Чавес? Кто такой Бирке Малтаев? Наркобарон – киллер и твоя правая рука? Ты там совсем охренел?! А пропавшая девушка из столицы – его рук дело? Вы там еще и людей похищаете?!
– Какая девушка?..
Потом все Горно-Алтайские полицейские сидели в одном кабинете. Здесь же были Алексей, Олег и Мозолев. Все смотрели на экран монитора, с которого по скайпу говорил с ними начальник Горно-Алтайской полиции:
– Пришлю еще людей. Возможно, прилечу сам. Стреляных в больнице опросить. Проверить информацию по плантации. Найти и этапировать Бирке Малтаева в Горно-Алтайск.
– А девушка? – подсказал Алексей.
– Разумеется. В общем, с этой секунды вся полицейская деятельность в районе идет под контроль областного управления.
Выйдя из полиции, Алексей заметил, как Олег разговаривал с вертолетчиком. Наверняка, просил с собой взять. Подошел Алексей, посодействовал.
– Когда найдёте Лену – сразу сообщите мне.
Потом вернулся к Мозолеву и позвал с собой, «показать кое-что», пока Мозолев не успел уехать.
Бирке с братьями Койоновыми шагали по коридору больницы. Медсестра семенила следом, пытаясь удержать. Оттолкнул медсестру Бирке. Двинул кулаком в лицо вышедшему навстречу врачу.
На улице выкинул Бирке из «скорой» водителя, сел за руль. Койоновы в салон сели.
Пролетела «скорая» мимо Кош-Агачской арки с надписью «Счастливого пути!»
Селянка шла по своим делам, но у дома со сломанным забором и мотоциклом во дворе остановилась. Дошла до двери, постучалась. Открыл Темиров.
– Верни меня в землю, – сказала женщина. – Двое из сарая знают место.
И пошла дальше по своим делам.
Темиров вернулся в дом и, подумав, отключил холодильник от электросети.
Ехал Темиров медленно, придерживал привязанный к люльке холодильник рукой. Еле тащился, если точней. И больше не из-за груза, а из опаски, что вот-вот что-то начнется, что помешает ему. Озирался по сторонам. Но всё обошлось.
Доехал до дома. Втащил холодильник в кухню, включил. Тот отказался работать.
Выгреб Темиров все из своего холодильника, положил на пол, на «спину». Перенес мумию. Закрыл. И поехал казаха искать.
Проезжая мимо дома Бирке, Темиров увидел УАЗик казаха. Спешился Темир, прошелся по двору, заглянул в сарай.
Казах спал. Проснулся, только когда дверь заскрипела, отворяясь. Подскочил казах и пальнул спросонья в сторону двери. Закрылась дверь, грохнулось что-то за ней. Казах подошел, толкнул дверь, но она не открывалась, во что-то упираясь.
– Ты кто? – спросил Темиров из-за двери.
– Казах. А ты?
– Лезь в окно, идиот. Я пошевелиться не могу.
Казах спрыгнул из окна на землю, подошел к лежащему у двери Темирову. Тот лежал и держался за живот, а между пальцев сочилась кровь.
– Вы издеваетесь? Второй раз за день умирать приходится. Это что? Дробь?
– Не знаю.
Попросил Темиров найти что-нибудь и перевязать его. А потом помочь в одном деле.
А не тронули Темирова тогда с холодильником по дороге от дома Дрянихина, потому что не было в тот момент в поселке ни Эрлика, ни его жены. Были они в палатке в степи.
Когда дух Эрлика или «принцессы» вселялся в чьё-нибудь тело – хозяйской душе приходилось потесниться. И душа эта хозяйская буквально стояла рядом и как сон наблюдала происходящее с её телом. Потом в него возвращалась и вспоминала о происшедшем, как о сне или, чаще всего, как сон забывала. И теперь Эрлик и его жена путешествовали по телам Дрянихина, Мергена и Лены.
Сначала душа «принцессы» оказалась в Мергене, чтобы не пустить Дрянихина со скальпелем к Лене. И душа Мергена с ужасом наблюдала, как, не испугавшись скальпеля, тело Мергена заслонило собой привязанную к стулу девушку.
– Только попробуй!
– Убери его! А не уйдет – режь! – кричал шаман с закрытыми глазами.
– Может, поможете, – сомневался в своих силах и решительности Дрянихин.
– Не положено, – отвечал Кондрат.
И тогда Эрлик «влетел» в Дрянихина.
