Спокойствие брата утешило Диму. Если Василий за него не переживает, а он всегда переживал, когда случалось что-то плохое, значит и в самом деле всё в порядке.
Погревшись, они зашли в душ охладиться и вернулись в свою кабину. Василий достал из рюкзака термос с чаем. Приятно было ни о чем не думать, а просто расслабленно созерцать окружающее, не отдавая себе отчёта в том, что созерцаешь. Наверно, подумал он, нирвана именно такая.
– Привет, парни! – Ярополк прервал его размышления. – Я пришёл.
Он бросил сумку с банными вещами на сиденье и весело принялся раздеваться. Дима с Василием удивлённо переглянулись, они никак не ожидали, что Ярополк придёт.
– Что случилось, Ярик, – спросил Василий, – тебя жена из дома выгнала? Мы думали, что после нашей встречи в кафе не увидим тебя лет пять.
– Просто захотел с вами попариться, давно в баньке не был. И на работе день свободный!
Он разделся, обнажив промятую ребристую грудную клетку, острые костистые плечи, выпирающие ключицы и другие части тела – все худые и угловатые. Накинув простыню, он сел, налил чаю и подмигнул братьям:
– Ну как? Хорош парок?
– Да, ничего. А у тебя как дела? – спросил Василий.
– Хорошо, только работы много… Работа и работа…
– А что за работа у тебя? Ты так толком и не говорил, – спросил Дима.
– Да толком и не расскажешь… Эта длинная история. Этой истории не одна тысяча лет. А есть ли у тебя вечность в запасе, чтобы услышать её? Короче, я последователь первого, что ли… Моя задача найти его и вернуть на первоначальный путь.
– Что-то я уже слышал такое в одном ночном клубе недавно, – удивился Дима. – Почти точь в точь от какого-то парня…
– Правда? – усмехнулся Ярик. – Странное совпадение. Моя работа на самом деле – это работа с кадрами.
– С Зоной Правды связана?
– Ну-у-у, – Ярик скривил лицо и неопределённо помахал перед длинным носом крючковатыми пальцами, – можно и так сказать… В каком-то смысле… Хотя?..
– Помнишь, – перебил его Дима, – ты мне звонил недавно, предлагал в Зону Правды. Ты серьёзно или пошутил?
– Серьёзно. А что, надумал? Есть возможность, одна свободная вакансия.
– Нет-нет, просто разузнать хотел…
– Платить очень прилично будут. И исправление личности бесплатно, – продолжил Ярик так серьёзно, что Дима смутился. – Туда люди мечтают попасть. Это же шанс начать новую жизнь.
– А ты сам-то был там? Что такое эта Зона?
Ярик отвёл глаза и раздражённо покачал головой:
– Нет смысла говорить о том, чего не понимаешь. Единственный способ узнать, что такое Зона – это оказаться на Зоне.
– Я не хочу туда. Ты сам говоришь – там меняют личность, делают другим человеком.
– Это примерно так и есть. А почему тебя это смущает? Что такого есть в твоей личности, за что стоило бы цепляться? Твоя жизнь сейчас настолько прекрасна, глубока и одухотворена? И, надо понимать, что если ты попадёшь на Зону Правды, это не значит, что утратив свою жалкую личность, ты из Димы вдруг превратишься в какого-нибудь Петю. Нет, ты останешься собой. Но станешь другим – лучше. Несравненно лучше.
Пока он говорил, его глаза как будто засияли, Дима не совсем понимал, что означает их странное выражение, но подумал, что, скорее всего, они сияют огнём веры. Ему стало страшно и неуютно в его присутствии, он чувствовал, что вновь сталкивается с тем, с чем никогда не хотел бы иметь дела.
– Ладно, Ярик. Я понял. Спасибо. Но это не моё, мне это не нужно.
– Ну, смотри сам, – Ярик хлопнул его по плечу и расслабленно улыбнулся.
Как и обычно, Дима сильно перепарился. Когда париться стало невозможно, друзья решили, что пора по домам. Помывшись, они быстро оделись и вышли на улицу.
С Василием расстались у метро «Проспект Правды». Ярик на метро не ездил, за ним прибыла длинная чёрная машина. За рулём сидела Катья, она опустила окно и улыбнулась Диме во весь огромный рот, породивший у него неожиданные ассоциации. Она была в темных очках, с крупными золотыми кольцами в ушах и толстым ожерельем на плоской открытой груди, в общем, выглядела дорого и благополучно. Открыв дверцу, она ступила на асфальт, показав обнажённые до основания бедра ноги, обутые в туфли на длинных шпильках. Дима вновь удивился её худобе и высоте, совпадающими с пропорциями Ярика, и её настолько же неприятной внешности. Тем не менее, было в ней что-то привлекательное, вызванное сочетанием ухоженности, неуклюжести, открытости платья, уверенности и одновременно чувством неловкости. Какое-то странное обаяние и сексуальность излучала она, и в тонком запахе её духов ему мерещился разврат и вожделение, мятые простыни и откровенные поцелуи, испарения потных тел и вздохи со стонами.
– Привет, – сказал он Катье, не решаясь называть её по имени, до того идиотским оно ему казалось. И повернулся к Ярику, который поцеловал её и противно назвал «киской»: – До связи, Ярик, увидимся.
– Надо чаще встречаться! – Ярик сел в машину. Катья обернулась на миг и махнула Диме рукой, он ответил ей тем же. Стоя под дождём, он подождал, пока они не скрылись вдали, затерявшись в рядах других машин.
