Дима стоял в одном ряду со всеми и так же отчаянно размахивал копьём, уже почерневшим от крови. Слишком много пришло сегодня зверей, обычно они совершали небольшую вылазку и наткнувшись на сопротивление, уходили в лес, жалобно воя, а сегодня они всё прибывали и прибывали, волна за волной. Он видел, как некоторые воины, не выдержав, бросали оружие и убегали, и на их место быстро залезали хищники, оглядываясь вокруг белёсыми глазами. Один из них напал на Диму сбоку, и он не успел атаковать копьём, просто выставил его перед собой, пытаясь оградиться от острых когтей. Копье от мощного удара вылетело из рук, а следующих удар пришёлся ему по лицу. Его выбросило с насыпи и он упал на чьё-то тело. Тварь не хотела оставить его в покое и прыгнула ему на грудь, он полез за кинжалом, чувствуя её гнилое дыхание прямо у лица. Вдруг стало очень больно, он не мог понять, где именно больно и почему, только чувствовал, втыкая кинжал, что теряет сознание.
Проснувшись, Дима не сразу встал с постели, а некоторое время лежал с открытыми глазами. Сон оказался интересный, и он пытался запомнить его сейчас во всех подробностях, пока не успел окончательно забыть. Почему-то ему всегда с трудом удавалось запоминать свои сны, детали ускользали, едва он начинал о них думать, мысли сбивались, и он забывал о том, что хотел запомнить сон, а когда вспоминал об этом, уже забывал сам сон. Он не сомневался, что увиденное является следствием таблеток, подсунутых ему Ярополком. Главное, чтобы видения не посещали среди дня, а то рано или поздно можно попасть в психиатрическую лечебницу.
Он хотел было позвонить Ярополку и снова пожаловаться на действие таблеток, но это, вероятно, привело бы к разговору о Зоне Правды, которого Дима предпочёл бы избежать. Да и вообще, чем мог помочь ему Ярик? Он же не врач, а ему наверно нужно промывание, очистка крови.
Во всём виновата эта давно умершая Улисса – вот зачем ей пришло в голову дарить ему цветы? Он помнил, как размеренно и ровно научился жить перед этим роковым событием, ну, может, и не всё его устраивало, что-то приходилось скрывать от других и себя, но, в общем, нормально было – пускай не настоящий покой, но хотя бы неплохая иллюзия покоя.
Выпив некрепкого кофе с большим количеством сахара и выкурив пару сигарет, он стал собираться на работу. Одевшись, он засунул в мусорный пакет анкету Улиссы Тлалок, тщательно собрал с дивана труху от её букета и тоже высыпал в пакет. На улице он бросил пакет в мусорный бак, и с улыбкой пошёл дальше, радуясь, что раз и навсегда покончил с этой проблемой.
На работе Диме сообщили, что его искал начальник. Это было явно не к добру, значит, он чем-то недоволен либо хочет дать какое-нибудь поручение. И тот, и другой варианты казались Диме безвыходными – сделать начальника довольным он не мог, а выполнять сейчас какие-то его поручения не хотел. Включив для видимости компьютер на своём рабочем месте, он направился в кабинет повелителя. Постучав в его дверь, он вошёл с серьёзным видом озабоченного работой человека, у которого мало времени и много важных дел.
– Привет, Гораций, – спокойно сказал он, – мне тут сказали, ты меня искал.
– Привет. Да, искал. Присаживайся.
Дима сел, закинул ногу на ногу, сложил руки замком и сосредоточено посмотрел в глаза начальнику, стараясь показать, что работник он ответственный, но совсем не понимает, о чём может пойти речь.
– Дим, я тебя вроде просил несколько дней назад к сегодняшнему утру прислать аналитический материал о зарубежных практиках внедрения правды на местах без привлечения технологии зон.
Дима не сразу сообразил, о чём идёт речь, потом вспомнил, что да, такое задание в самом деле было, и он просто забыл его выполнить.
– Да-да, – поспешно ответил он, не меняя выражения лица, – я работаю над этим, ещё не успел, но осталось совсем чуть-чуть.
– Дим, – начальник вздохнул и закатил глаза, – по-моему, у нас с тобой проблемы. Это было твоё единственное задание на неделю. И ты не успел его сделать?
– Дело в том, что я сильно болел. Простудился жесточайше, бронхит, температура под сорок, и всё такое.
Было видно, что Гораций не верит ему. Поправив очки, он отвернулся к окну и вроде как задумался, постукивая кончиками пальцев по столу. Дима по опыту знал, что такое поведение начальника предвещает что-нибудь нехорошее.
– Знаешь, Дим, – наконец заговорил он, – так у нас не пойдёт. Я ведь тебя не заваливаю работой, каждый день приходить не заставляю. Ты же вроде умный парень и мои задачи не являются непосильными.
– Да и жена от меня ушла, – вдруг произнёс Дима, и сам испугался своих слов, потому что женат никогда не был.
Гораций с недоверием посмотрел на него.
– Вот как… – побормотал он растерянно, – А я и не знал, что ты женат.
– Ну, у нас всё так сложно было, что я не хотел говорить…
– Сочувствую. Что же, держись!.. Давай так – жду материал завтра с утра. Справишься?
– Конечно, – согласился Дима. – Без проблем.
