Офицер, обнажая часы, в привычном жесте, поднял руки на уровень груди.
— Надо поторапливаться, не то дождь застанет нас в дороге. — Взглянув на бумаги из своей папки, продолжил. — Так, ребятки, вас должно быть тридцать пять, один выбыл, тридцать четыре человека. Дайте-ка, я прикину сколько вас.
Произведя нехитрые действия подсчета, констатировал.
— Тридцать три. Одного не хватает. Ну, где можно лазить?
Кто-то из ребят стоящих на периферии «могучей кучки» громко сказал.
— Да вон он. Идет. — И махнул в его сторону рукой.
Подходя к месту сбора, Дмитрий жестом, поздоровался разом со всеми. Как по команде, стоящий в центре, офицер, сразу же проявил активность.
— Разобраться в колонну по два. Давайте ребятки поживее, сейчас дождь пойдет.
Не совсем спешно, столпившаяся кучка людей стала преобразовываться в колонну. Офицера не устраивала плавная замедленность построения, желая ускорить процесс, он подбадривал и подгонял.
— Просыпайтесь уже. Так, для особо одаренных, — он выбросил вперед руку, показывая сложенную из пальцев фигуру «заячьи ушки», — два, это вот столько!
Наконец построение закончилось. Офицер еще раз пересчитал имеющихся в наличии людей. Направляясь в авангард колонны, отдал распоряжение.
— Сейчас, организованно, выдвигаемся к месту стоянки нашего транспорта. Правое плечо вперед. За мной, марш.
Несмотря на имеющиеся объемистые сумки, колонна приняла быстрый темп передвижения, задаваемый ведущим ее офицером. Через минут пятнадцать скорого шага, они подошли к автомобильной стоянке, на которой стояли три больших, красавца автобуса, отечественного производства и две легковушки сопровождения.
Остановив колонну на тротуаре, перед автобусами, офицер отдал команду.
— На пра-во.
Став перед строем, раскрыл папку с бумагами.
— Я, зачитываю фамилии. Услышавший свою, выходит из строя и занимает автобус номер, которого я называю позже. Начали. Азарченко!
— Я!
— Первый автобус.
— Харченко!
— Я!
— Третий.
— Ярошенко!
— Я!
— Второй.
Дмитрию выпал второй номер автобуса, который уже был заполнен пассажирами. В самом конце салона, осталось свободных, еще три места. Не раздумывая, он расположился с правой стороны возле окна.
Где-то совсем рядом, сверкнула вспышка молнии. Спустя секунды четыре, над землей пронесся мощный раскат грома. Как по команде, начался ливень.
– //-
Приблизительно час назад, Катерина покинула свое укрытие, где она, пережидая сильный дождь, провела около четырех часов. Сейчас, под медленно движущимися по небу темными тучами, сбросившими на землю тонны ливневых осадков, она шла по пустынной, узкой улице, пролегающей меж нескольких пятиэтажек, и впадающей в т-образный перекресток за которым виднелся высокий каменный забор частного дома. Сквозь разрывы меж темных облаков, ярко и контрастно выделяясь на темном фоне, пробивались солнечные лучи, выхватывающие из пасмурного мира небольшие участки освежившегося лика земли, разукрашивая его во все цвета радуги. Ветер, несший сырость и свежесть озона, шумно шелестел листвой деревьев, срывая с них оставшиеся после дождя капли влаги.
Катерина, шла, съежившись и скрестив на груди руки. В своем летнем, легком платьице она окончательно озябла, ноги уже были мокрыми и при каждом шаге раздавался противный чавкающий звук. Намокшие босоножки, предательски стали расползаться по швам.
— При таких раскладах, еще немного и я останусь босиком и с воспалением легких, — подумала она, обходя по краю большую лужу. — Она старалась по возможности держать тело расслабленным, иначе ее начинала бить крупная дрожь. Из-за мокрых босоножек, она часто оступалась, и пару раз чуть было, не упала. Испытывая крайний дискомфорт, уже ставший для нее пыткой, все же упорно шла к намеченной цели. Явно осознаваемое ею, глубинное чувство тревоги за себя, за мать, за сестру гнало и гнало ее вперед, не смотря на испытываемые лишения и неудобства.
Прибыть на поезде в Киев, как она предполагала ранее, все-таки побоялась. Столица ведь. — А значит, на вокзале много милиции, — размышляла Катерина, — и скорее всего ее портреты, уже висят на соответствующих стендах «Внимание! Розыск», возможно уже и награду за ее поимку назначили. Да еще этот сосед по купе. Когда после ужина слаживали в пакет образовавшийся мусор, он нагнулся за упавшей на пол салфеткой, и у него из нагрудного кармана, выпала «ксива» на цепочке. У нее чуть истерика не случилась. Притворилась спящей и решила, что сойти раньше, будет лучше. Благо деньги у нее есть, до Киева можно добраться автостопом.