Пока Алекс тащил темнокожего жеребца в ванную – учитывая его вес и размеры, задача не из легких, – мне довелось выполнить работу попроще. Я достал и развернул спасательный комплект – свободная куртка и брюки из тончайшего полиэтилена, в сложенном виде в два спичечных коробка умещаются, но отлично хранящие тепло, их можно надевать и на голое тело, и поверх одежды, чтобы сохранить тепло, если ты, к примеру, замерзаешь. Одел мадемуазель Степко, особо с ней не церемонясь. Пусть она и последняя… но все равно, голой я ее не потащу.
Хотел ли я ее? А как сами думаете? Хотел… сбросить вниз, чтобы подольше еще летела. После Стаси… мне как-то не того. И даже после того, как я отомщу за нее, не уверен, что у меня когда-то что-то еще получится.
Вернулся Алекс.
– Нормально связал?
– Две полосы использовал. Не порвет.
– Тогда пошли.
Мы вышли обратно в холл, аккуратно притворили дверь. К счастью, сейчас вместо дверных глазков камеры, и потому лишнего никто не увидит.
Спустили вниз… был момент, когда она едва не выскользнула… чертов спасательный комплект, скользкий, как рыба, я это не предусмотрел. Поместили в муляж в виде кондиционера… конечно, немного тесно, но…
Проблемы начались на тридцатом этаже, когда мы переходили из лифта в лифт.
Рядом с нами был человек… короткая бородка и типичная для этого места белая одежда. Когда мы вошли в лифт, мне пришлось приложить усилия, чтобы втащить туда тяжелую тележку. И, похоже, проявился пистолет, который я держал за поясом, куртка в какой-то момент слишком плотно облегла тело.
В таких случаях есть два выхода – бежать или стрелять. С нами было еще двое в лифте… придется и их… раз они свидетели, а потом прорываться. Или бежать – в данном случае, надеяться, что после того, как мы выйдем из лифта, этот козел не подойдет к первому попавшемуся охраннику и не расскажет о том, что видел. Если он это сделает – мы имеем все шансы узнать, почему в этом месте нет ни судов, ни уголовного кодекса.
Я не сделал ни того ни другого. Вместо этого я склонился в его сторону и прошептал:
– Ла иллахи илла’Ллагъ.
Тот скосился на меня, потом незаметно вытянул указательный палец правой руки, не поднимая ее.
Все правильно. Аллах един.
– Рахмат, ахи[98]… – сказал я ему, когда мы выходили из лифта.
Дальше наша судьба была в руках одного лишь Аллаха. Как и всегда…
Бородатый не настучал.
Мы прошли внешний контроль – к нам в кузов заглянули, но не нашли ничего такого, помимо ремонтного оборудования. Едва выйдя на трассу, мы тут же свернули вправо и въехали в огромное чрево крытой стоянки. Стоянка была полностью автоматизирована – на контроле мы оплатили корпоративной карточкой время стоянки – шесть часов – и покатились вперед, следуя проводнику-указателю, ведущему нас на свое место. Припарковались, Алекс вылез и отправился искать машину, которую мы тут запарковали ранее, купив место на целый месяц. А я остался у фургона, не веря, что все прошло так просто…
Есть!
Прибрежная дорога бросалась под колеса нашего «Лендровера Дискавери» с решимостью самоубийцы, один головокружительный поворот следовал за другим. Дорога была проложена у самой кромки воды, волны остервенело бились в волноломы, вздымаясь солеными брызгами и бессильно падая. Встречные машины метеорами пролетали мимо, превращаясь в размазанные разноцветные пятна на стекле. Мы держали под сто шестьдесят – самоубийство на такой дороге и почти предел для машины. Но другого выхода не было. Нам надо было как можно быстрее удалиться от Ойли Рокс и перейти границу.
Я достал из багажника кейсовый автомат «Берретт», включил прицел, поставил его на самотестирование. Чертова новая техника… остается только надеяться, что…
– Сзади вверху! – крикнул Алекс.
Картинка сзади была видна на мониторе перед водителем, и ничего хорошего она собой не представляла.
– Просто веди машину…
Я знал, что это – за нами. В таких случаях нельзя успокаивать самого себя, это бессмысленно. Хотя бы потому, что дрон этот – явно из Ойли Рокс и за пределами города он вообще летать не должен.
Но летит.
На прицеле горела зеленая лампочка – тестирование завершено, исправно. Надеюсь, что пятьдесят патронов с вольфрамовым сердечником и три подрывных заряда сделают свое дело…
Вот же… сволочь.
Если вам говорят, что электромагнитные пушки, которыми сейчас полицейские пользуются сплошь и рядом, останавливая машины… так вот, если вам скажут, что эти электромагнитные пушки для человека безопасны, не верьте, вранье все это. Когда он ударил по нам, пытаясь заглушить двигатель нашей машины – мою голову как будто поместили в тиски. Боль нарастала в течение нескольких секунд, чтобы потом исчезнуть так же внезапно, оставив состояние оглушенности и растерянности.
В машине мигнуло, и погасло освещение в салоне. Заглохло радио. Электромагнитная пушка, чтоб его. Точняк за нами.
– Он пытается вырубить движок!
– Держи машину ровнее!
