Шарлотта посмотрела по сторонам. Ей надо было покормить Паутинку, чтобы та снова не пришла в такое печальное состояние, как недавно.
— А ничего не разбилось? — спросила она. — Или, может, есть негодная, треснувшая посуда?
Мама пожала плечами.
— Вроде бы я ничего такого не видела, — сказала она.
Но Паутинка уже сама решила эту проблему. Она вылезла из рукава Шарлотты на стол и накрыла собой большую стеклянную салатницу, в которую еще не успели положить хрустящий салат из капусты, моркови, яблок и свежего имбиря.
— Надо же, и без салата хрустит, — задумчиво сказала мама, глядя как обедает Шарлоттино чудовище.
Девочки-дежурные — все три из второго класса — еще не успели близко познакомиться с Шарлоттиной салфеточкой, но были о ней наслышаны. Они даже видели мельком, как салфетка шествует по столу, надкусывая грязные тарелки. Но теперь Паутинка была вся на виду — салатницу поедала не спеша, со смаком. Девочки собрались у стола и принялись рассматривать вязаное крючком чудовище — так описала Паутинку Юлианна.
— Она совсем не страшная, — сказала, наконец, одна из дежурных.
— Ох, Люсиль, — прошептала вторая, — и правда! А говорили — она зубастая и дышит огнем!
Мама Шарлотты вытерла руки о передник и осторожно погладила вязаную салфетку, из которой уже не торчали махрушки.
— Вижу, вы не очень-то разбираетесь в чудовищах, — сказала мама.
— Монстрологию раньше начинали во втором семестре второго класса, — ответила Люсиль.
А ее подружки дружно закивали.
— Мы думаем, что теперь-то нам ее начнут преподавать пораньше, — с надеждой глядя на Шарлоттину маму, добавила лучшая подруга Люсиль — Кэрол.
— Если чудовище достаточно стабильно, оно может иметь два, а то и три ипостаси, — поведала мама. — Облик салфеточки у Паутинки — для ожидания, сна или маскировки. В нем легко спрятаться или переждать бездействие, даже голод. А еще Паутинка превращается в собаку. Я видела — очень милая собачка.
Шарлотта не стала рассказывать, что Паутинка превращается не только в милую собачку, но еще и в огроменную адскую псину.
— А если чудовище нестабильно? — спросила Люсиль.
— Хороший вопрос, — улыбнулась мама. — Нестабильное чудовище бывает двух видов: совсем никакущее и жутошное.
Девочки-дежурные прыснули со смеху.
— Ничего себе термины, госпожа Хармони, — смеясь, проговорила Кэрол.
— Меня ведь никто не учил, я сама себе придумала термины, — ничуть не смутилась Шарлоттина мама. — Но если вам не нравится…
Ох, как хорошо Шарлотта знала эту полную лукавства паузу! Мама иногда становилась похожей на девочку. Причем на девочку отнюдь не вроде Генриетты или Карины — нет, она напоминала Юлианну. Вернее, это Юлианна порой напоминала Шарлотте ее маму.
Девочки сразу начали уверять госпожу Хармони, что им нравится! И просить пояснить про нестабильных чудовищ.
— Ну ладно, ладно, — мама засмеялась. — Никакущие — это такие, которые бывают у начинающих ведьм. Они словно не успевают до конца выйти из бездны, как их затягивает обратно. И в итоге мы видим только что-то бесформенное. Довольно неприятное, но и безвредное. А вот жутошные нестабильные чудовища могут и навредить! Они формируются не полностью и сами развеиваются в воздухе, но, прежде чем пропасть, могут укусить, или что-то сломать, ну, или просто оставить после себя жуткую вонь. Да и развеиваясь, они плохо пахнут.
— Потому-то и жутошные? — уточнила Люсиль.
Мама ответить не успела. В столовой становилось шумно, и она выглянула туда из кухни.
— Ох, — сказала она. — Пожалуй, пора заканчивать с разговорами. Там уже немало народу! Ну, девочки! Везем супчик?
После обеда, пользуясь великолепной теплой погодой, воспитанницы первого класса вышли на лужайку перед пансионом. Госпожа Маркура выдала девочкам тренировочные зонтики — их по-прежнему было всего шесть.
— В конце недели у всех будут свои собственные зонтики, — сказала директриса. — А сейчас пользуйтесь по очереди. Вы, барышни, верно, видели на той неделе, как тренируются старшие девочки? Я создавала иллюзию чудовища, а они учились вышвыривать их прочь, в темноту. Теперь ваша очередь. Разумеется, это будет не настоящее чудовище! Его можно будет разве что ухватить и вытащить на ту сторону. Там вас будет поджидать смотрительница дома чудовищ.
— А пусть Шарлотточка даст нам свое, настоящее, чудовище, — голоском Очень Хорошей Девочки вставила Эсми. — Только скажет ему, чтобы оно не кусалось. Шарлотточка может!
Ее вечные подружки испуганно охнули.
— Эсми, ты такая храбрая, — сказала Белинда дрожащим голосом. — Я и иллюзию-то боюсь хватать и тащить. А тут — такая страшная собачища!
— Ничего она не собачища, — обиделась за Паутинку Юлианна.
Девочки подняли шум. Одни говорили, что неплохо бы потренироваться на чудовище. Другие опасались. Карина, Юлианна и Генриетта были против, чтобы Паутинку использовали для таких опытов.
— Быть может, барышня Хармони сама решит? — спросила госпожа Маркура, и воспитанницы притихли. — Не знаю, можно ли использовать ее питомицу в целях обучения.
