– Строго говоря, это приказом не являлось, кроме того, я выполняю только разумные приказы. В данном случае глупо торчать в горелой капсуле целый час, в то время как наш враг переходит ко второй фазе.
– Согласен, – сказал Артемис, стараясь говорить спокойно.
– Откуда мы знаем про вторую фазу? – поинтересовался Дворецки.
Артемис мрачно улыбнулся.
– Конечно, существует вторая фаза. Нам противостоит жестокий и умный враг. Лучшего момента воспользоваться своим преимуществом ему не представится. Несколько лет назад я сам поступил бы так же. – Обычное спокойствие на мгновение оставило его. – Мне нужен этот список, Жеребкинс! – рявкнул он на кентавра. – Кто был в шаттле?
– Хорошо, хорошо, вершок. Я уже работаю над этим. Приходится использовать обходной путь, а то мой запрос окажется на столе у Трубы. Не самая простая техническая задача.
Кентавр в жизни бы не признался, что на самом деле попросил своего одаренного племянника Гриву взломать сайт ЛеППРКОНа и переслать нужный список. За это Жеребкинс обещал по возвращении домой купить юному хакеру огромную порцию мороженого.
– Вот, я получил его от моего… э… источника.
– Меньше слов, больше дела, Жеребкинс.
Кентавр вывел изображение с экрана своего телефона на стену. Рядом с каждым именем стояла ссылка на базу данных, где хранилась вся информация о заключенном, включая цвет нижнего белья – мало ли вдруг возникнет необходимость в подобных сведениях, ведь среди психологов волшебного народца все больший вес набирала теория о связи цвета трусов и развития личности.
Мульч увидел знакомое имя, не принадлежавшее преступнику.
– Эй, посмотрите! Шаттл вел старина Дубец. Наверное, ему вернули свидетельство.
– Мульч, ты его знаешь? – резко спросила Элфи.
Для закоренелого преступника Мульч отличался крайней обидчивостью.
– Эй, почему так сердито? Я помочь пытаюсь. Конечно, я его знаю. Иначе с чего бы я вдруг сказал: «Эй, посмотрите! Шаттл вел старина Дубец. Наверное, ему вернули свидетельство».
Элфи сделала глубокий вдох и напомнила себе, как именно следует общаться с Мульчем.
– Ты, конечно, прав. Итак, как ты познакомился со «стариной Дубцом»?
– Честно говоря, смешная история. – Мульч облизнул губы и пожалел об отсутствии во рту куриной ножки. – Я сбежал от него несколько лет назад, когда тебя обвиняли в убийстве Джулиуса. Он так и не оправился. До сих пор ненавидит меня, ненавидит полицию Нижних Уровней за то, что его лишили штурманского свидетельства. Иногда посылает мне оскорбительные письма. Я посылаю в ответ короткие видеозаписи, на которых хохочу. Это сводит его с ума.
– Затаивший злобу неудачник, – сказал Артемис. – Интересно. Идеальный наводчик. Но кто его пас?
Элфи повернулась к списку.
– Этот спрайт, Юникс. Я арестовала его. Один из подручных Финта Крута. Хладнокровный убийца. – Эльфийка побледнела. – И Бобб Лохби здесь. И сам Финт. Все они – из банды Финта. Каким образом, ради всего святого, он ухитрился собрать всю банду на борту одного шаттла? Компьютер дюжину раз должен был передать сигнал тревоги.
– Если, конечно… – Артемис просматривал список на экране телефона Жеребкинса. Он коснулся ссылки на досье Бобба Лохби. Фотография и файл открылись в отдельном окне, и Артемис быстро просмотрел данные. – Взгляните, Финт Крут нигде не упоминается. Согласно записям, Лохби арестовали за мошенничество с использованием почты, у него нет известных сообщников и он не является членом какой-либо банды. – Он коснулся другой ссылки и прочел вслух. – Файл загружен… Дубцом.
Элфи была потрясена.
– Финт Крут! Это все он.
Она лично принимала участие в аресте брата Джулиуса во время ее посвящения в разведчики. Она много раз пересказывала Жеребкинсу эту историю.
– Судя по всему, нашим противником является Финт Крут, а это очень плохие новости. Но, даже учитывая его интеллект и власть над этим Дубцом, мы не знаем, как ему удалось захватить космический зонд.
– Это просто невозможно, – заявил Жеребкинс, фыркнув по-лошадиному, дабы придать заявлению, в которое он сам не особенно верил, бóльшую убедительность.
– Возможно или нет, потом обсудим, – сказала Элфи, выравнивая наклон шаттла. – Мы на месте крушения.
К всеобщему облегчению, угнанный транспорт закончил погружение, не развалившись. Наемники, скорее всего, выломали все, до чего дотянулись, лишь бы уменьшить вес, и наверняка работали ломами несколько безрассудно. Одна ослабшая заклепка, одна трещина в сварном шве – и давление внутри упало бы на несколько атмосфер, а сам аппарат раздавило бы, словно банку из-под лимонада в руке гиганта, отличающегося огромной силой и нелюбовью к банкам из-под лимонада.
Но посудина уцелела, несмотря на зловещие морщины, вдруг возникшие по всей длине фюзеляжа.
– Кому какое дело? – удивился Мульч, как всегда упустив общую картину. – Это ж даже не наш корабль. Что сделают те наемники? Подадут на нас в суд? – Но юмор Мульча был слегка подкрашен чувством утраты.
«Я никогда не смогу снова зайти в „Пьяный попугай“, – осознал он. – А там отлично готовили карри. И настоящее мясо».
