Агнесса отправляется в путешествие! Но это совсем не так весело, как звучит. Р'Рѕ-первых, ее никто не берет в расчет. Но это легко исправить, лишь слегка показав свою магию, и поулыбавшись правильным людям… Хотя это как раз может быть Р·ря.Р'Рѕ-вторых, брат, которого она так рассчитывала увидеть, кажется, ей совсем не рад. Да и еще вляпался в совершенно дурную компанию, РѕС' которой не так легко сбежать.А РІ-третьих… Хаос реален. Р
Вылетали мы в несусветную рань, так что вставать еще пришлось до рассвета, что отнюдь не прибавило мне хорошего настроения. Наскоро позавтракав у себя в покоях, я позволила дворцовому слуге стащить мои чемоданы вниз и спустилась следом, мрачная и насупленная. На лестничном пролете я столкнулась с делегацией алисканцев и гармским некромагом, выглядевшим, как я злорадно заметила, невыспавшимся и злым. Самого Великого Князя впроче, не было. Видимо он должен был спуститься с супругой. Церемониально расшаркавшись с алисканцами, мы вместе продолжили путь до экипажей.
На улице уже светало, и заря окрасила небо в розово-алый цвет, а холодный порывистый ветер разметал мои юбки, так что мне пришлось поплотнее запахнуться. Я оглянулась, пытаясь понять, в какой из экипажей мне сесть. Самый роскошный, с гербом на боках и позолотой, принадлежал видимо молодоженам, в два других уже плотно набились алисканцы, а вот из третьего как раз махала мне рукой Дезире, в невообразимой шляпке нежно — розового цвета с меховой оторочкой. Интересно, это у Анхельма чувство юмора так работает, или он действительно считает это отличным местом маскировки?
Я заползла внутрь машины и уселась рядышком с Дезире. Глаза тут же слиплись, и я впала в дрему. Впрочем, блаженство достаточно быстро прервалось резким звуком открывающейся дверцы и холодным воздухом, проникнувшим в нагревшуюся кабинку. Усилием воли приоткрыла тяжелые веки, я увидела силуэт некромага Хаккена, склонившегося к нам.
— Можно к вам присоединиться, уважаемые леди? — глухим голосом спросил он.
Я удивилась. Насколько я понимаю, он вполне мог бы сесть вместе с алисканцами, места там хватало, но решил присоединиться к нам. Можно было подумать, что таким образом он пытается наладить с нами контакт, но весь его вид говорил о другом — он серьезно чем-то уязвлен, хотя пытается это скрыть.
Любопытно, все это время, что Хаккен находился в Истике, он почти не общался с алисканцами, и теплых отношений между ними я не увидела, уж не вызвано ли неудовольствие гармца некоторой размолвкой между ним и алисканцами? Это стоило взять на заметку, чтобы в дальнейшем обдумать, а затем использовать. Я кивнула головой, и Джаред сел на противоположное от нас с Дезире сиденье, как раз напротив меня. Дезире, как мне показалось, с неудовольствием на него посмотрела и едва ощутимо напряглась, а вот Хаккен, по моему, совершенно не чувствовал в Анхельме собрата по профессии. Ох, как же меня сбивает с толку эта путаница в личинах некромага!
До посадочной площадки, где был дирижабль, ехать было полчаса, а с учетом пустынных улиц и вовсе минут двадцать. Интересно, почему мы отъезжаем так рано? Было бы более уместно, если проводы принцессы на чужбину провели бы более пышно и при всем народе. Впрочем, я полагаю, на это наложила свое вето Тайная Канцелярия в лице Траута, во избежание нападения злоумышленников. Пусть, раньше отправимся в путь — раньше приедем.
Мы прибыли на край города, где раньше находились склады, а лет двадцать назад были построены ангары для воздухоплавающих кораблей, и прочей мудреной и громоздкой техники. Техника впрочем по меркам тех же гармцев, была примитивной — несколько десятков планеров, с десяток аэростатов, один экспериментальный летучий змей (и представьте себе, на нем летали, и неплохо!), а своих дирижаблей у нас пока было всего лишь три. Да и то они не страдали ни излишней комфортностью, ни особой безопасностью, представляя из себя гремучую смесь из новейших технологий и старой-доброй магии. Гармский дирижабль, на котором прибыли алисканцы, я еще не видела, но уже заранее знала, что это будет что-то, по настоящему поражающее воображение, хотя бы потому, что по слухам он достигал таких огромных размеров, что ему пришлось строит новый ангар, так как старые его не вмещали.
Но даже будучи готовой к самому чудесному, увиденное заставило меня застыть с открытым ртом, глядя на махину, пришвартованную к причальным мачтам.
— Ну и дирижобля, — услышала я за своей спиной восхищенное бормотание, и рядом со мной встала Дезире, запрокинув голову. — Такая огромная!
— Новейшая техническая разработка, — невозмутимо произнес Хаккен, но голос его сочился самодовольством.
— Он что, снаружи обшит металлом? Невероятно! — воскликнула я. Представляю, какая зависть брала наших инженеров, глядя на это достижение техномагии. Строение в Тайрани дирижаблей жестких конструкций было невозможно по двум причинам — земля, на которой стояла наша империя, была до обидного бедна на железные рудники, и поэтому производство металлических дирижаблей была мало выгодна. Вторая причина была еще более весомая — чем больше дирижабль, тем более искусные и сложные техно-артефакты нужны для его двигателей, иначе аэростат мог запросто превратиться в дьявольскую ловушку для своих пассажиров. — Не похоже на сталь, слишком блестящий, да и со столь тяжелой обшивкой он бы не взлетел.
