Он давным-давно появился здесь со своей отарой, и ни разу духи не побеспокоили его.
Грог повернулся к своему костерку и поворошил угли. Он даже построил себе здесь маленькую пастушью хижину. На собственном горбу таскал материалы, доска за доской… Только дерн для крыши взял на месте, благо, здесь этого добра хватает…
Старик готовил себе скромный ужин и предавался приятным размышлениям, когда земля под его ногами вдруг заколебалась.
— Что за?.. — Любимая трубка выпала изо рта Барстона и приземлилась прямо в костер.
Воздух беззвучно содрогнулся, и отара отозвалась жалобным блеянием, неистово залаяли Полли и Билл.
Барстон резко обернулся, держа перед собой пастушеский посох. Тысяча чертей, что здесь происходит? Может, рыщут волки? Грог огляделся, но ничего не увидел — никаких волков. Зато он почувствовал нечто гораздо худшее: земля продолжала трястись.
Когда обелиски на холме вдруг опоясала ломаная бело-голубая молния, Барстон бросился на землю. Овцы кинулись врассыпную, некоторые бежали прямо по нему. Полли и Билл тоже не отзывались, сколько старик ни звал их. Сукины дети! Небось, поджали хвост и сбежали.
Затем на пастбище опустилась мертвая тишина. Барстон лежал, не смея пошевелиться. Его, как толстым одеялом, накрыло безграничным холодным ужасом.
Когда он наконец рискнул взглянуть наверх, то обнаружил, что прямо над ним маячит темная фигура с костлявым лицом трупа и смотрит на него белесыми мертвыми глазами. С наручников на запястье свисает обрывок цепи.
Пальцы скелета сжимали рукоятку древнего меча, лезвие которого было покрыто угловатыми рунами. Он шевельнулся, и блеск этих рун заставил слезы ручьем политься по щекам Барстона.
Ох, нет! Они не были дураками — все те, кто избегал этих земель. Наоборот, они оказались правы: здесь обитает сам дьявол.
Призрак разверз щель своего ввалившегося рта и издал тихий вздох — может быть, впервые за многие века. Пошевелил челюстями, как бы желая что-то произнести… Вначале ему это не удалось, но затем прозвучали скрипучие звуки, будто ржавое железо терлось:
— Я ищу Галадхеон.
И услышав слова восставшего мертвеца, Барстон почувствовал, что сердце его останавливается от ужаса.
