К сожалению, лорд Д'Айвари достаточно хитер — в отличие от Мирвелла. Он не проявляет открытой агрессии по отношению к королевскому двору. Также не предпринимает действий, угрожающих другим губернаторам. Фактически, он вообще никак не ущемляет своих соседей.
Единственные, кто от него страдают — это беженцы. Да, многие коллеги-губернаторы находят поведение Д'Айвари глупым и вызывающим, но они согласны с ним в основном: беженцы — вредные нахлебники для всего сакорийского общества. Ведь они не имеют собственного лорда-защитника, никому не платят налогов, хотя и проживают в пределах королевства, пользуются его ресурсами и претендуют на защиту.
Если в таких условиях Захарий силовым решением привлечет Д'Айвари к суду, это может вызвать сопротивление со стороны большинства лордов-губернаторов. Некоторые, конечно, поддержат короля, но в том-то и беда: слишком мало осталось старой верной знати. Новые же еще не определились, неизвестно, как далеко они готовы пойти за своим правителем. А ведь сила короля определяется исключительно поддержкой его вассалов.
Но нельзя же оставлять без внимания вызов, брошенный зарвавшимся Д'Айвари! Это станет сигналом остальным губернаторам: мол, в своих провинциях делай, что хочешь. К тому же подобная безнаказанность серьезно подрывает авторитет королевской власти. Народ попросту перестанет верить в своего властителя.
Капитан знала: есть такие лорды-губернаторы, которым это очень даже на руку. Они спят и видят, как бы ослабить власть монарха или вовсе сменить его на более удобного.
Все эти проблемы не давали Ларен покоя. Что уж говорить о Захарии. Помнится, когда он впервые услышал о том, что творится с беженцами, он вызвал к себе генерала Харборо и приказал бросить в провинцию Д'Айвари всю армию. Колину Давки, Сперрену и самому генералу стоило огромных усилий убедить короля в нецелесообразности таких радикальных мер.
К сожалению, все эти события совершенно затмили прочие важные дела. Политическая ситуация настолько расстраивала короля, что он практически утратил способность творить правосудие.
В данный момент процессия миновала роскошные, устланные коврами коридоры западного крыла и повернула к Тронному Залу. Каблуки гулко грохотали по каменным плитам. Слуги и придворные поспешно кланялись и уступали дорогу королю.
— Всадник Тай Ньюланд вернулся из поездки в Адолинд и Мирвелл, — на ходу докладывала Ларен.
— Да?
Та ошибка с Д'Айвари сильно пошатнула ее взаимопонимание с Захарием. Король оставался вежлив с ней, но решительно избегал советоваться во время аудиенций. И это при том, что в остальном она почти всегда оправдывала его доверие. По крайней мере, в большинстве случаев. Такое ощущение, что Захарий вообще утратил веру в Ларен, а не только в ее магические способности. Ничто не могло больше огорчить капитана, ведь они всегда были так близки с королем!
— Он утверждает, что лорд-губернатор Адолинд весьма доволен прибытием беженцев с севера. По его словам, у них в провинции ожидается богатый, прямо-таки небывалый урожай, и они будут рады любой помощи со стороны.
От этих новостей лицо Захария просветлело.
— Отрадно слышать! Бедный Адолинд так часто страдал от нехватки припасов на зиму… Похоже, сегодня беженцы будут там весьма кстати.
Ларен кивнула, ободренная реакцией короля.
— Помимо этого, Тай доставил сообщение от Берил Спенсер.
Зеленый Всадник по имени Берил Спенсер, так же как и Рысь, не разъезжала туда-сюда с поручениями. Ее особая способность создавать видимость,
Ларен извлекла из внутреннего кармана плаща конверт с печатью провинции Мирвелл — боевой молот крушит гору.
Король приостановился, чтобы прочитать послание. Свита тоже была вынуждена замереть, причем Клинки рассредоточились вокруг Захария так, чтобы вести наблюдение со всех сторон.
— Хм-м. Похоже, нынешнее изобилие Адолинда не распространяется на соседнюю провинцию. Урожай вянет на корню. — Он поднял озабоченный взгляд на Ларен. — Как это возможно? Ведь они же находятся в одном регионе?
Капитан лишь пожала плечами, она и сама была удивлена.
Захарий продолжал читать, и брови его ползли все выше. Ознакомившись с донесением, он передал его Ларен. Та углубилась в письмо и тоже не могла избавиться от подозрений: что-то здесь не так. Уж больно странной казалась гибель зерновых в Мирвелле. Погода стояла великолепная, никаких следов мора или нашествия насекомых… По всем признакам и здесь следовало ждать богатого урожая.
Затем капитан перешла к последней части донесения и поняла, что так удивило короля.
